Читаем Разрушитель миров полностью

– У нас уже есть Вальтик с ее рифмами. Сораса, пожалуйста, не начинай говорить загадками, – раздраженно произнесла она. – Я отказываюсь спасать мир на таких условиях.

«Если это вообще возможно», – подумала она, стиснув зубы.

Дом шагал по заросшей травой лужайке, вскидывая руки и время от времени разражаясь новой порцией Древних проклятий.

– Вам придется скакать на одной лошади с ведьмой, Корэйн, – с виноватыми видом сказал он.

– Я так не думаю, – возразила Корэйн, глядя перед собой.

– Так и знайте, я не стану… – начал Дом, но потом проследил за ее взглядом и осекся.

Там, где всего несколько минут назад было лишь четыре лошади, теперь стояли пять. Серая кобыла, столь же непримечательная, как и остальные, беспечно пощипывала траву возле мельницы. На ней даже имелись седло и сбруя. Рядом с ней стояла Вальтик, задумчиво поглаживая животное по шее.

– Они следуют вечно за мной, – пожала плечами ведьма, и в ее голубых глазах засиял безумный огонек. – Так выходит само собой.

Сораса уже сидела в седле украденной лошади, исподтишка бросая взгляды на ведьму. «Павшая амхара. Брошенная. Сломленная. Осара». Ведьма задела ее за живое, как это не удавалось никому, даже Дому. «Но почему?»

Солнце, стоявшее высоко в небе, согревало их своим теплом, но в дыхании ветра уже ощущался шепоток зимы. Корэйн скрестила руки на груди, сдерживаясь, чтобы не вздрогнуть. К ней подошел Эндри с мешком, перекинутым через плечо, в котором бряцал тяжелый и бесполезный чайник.

– Вы планируете пригласить Таристана на чашку чая? – спросила она, бросив взгляд на мешок. – Если бы мой корабль начал черпать воду, это была бы первая вещь, которую я бросила бы за борт.

Чувствуя на себе ее внимательный взгляд, он переступил с ноги на ногу и закинул мешок повыше.

– Это можно будет сделать всегда, – произнес он и отвел взгляд. Его щеки тронул легкий румянец. – Но это хотя бы какое-то напоминание о доме.

Он не смотрел ни на лошадей, ни на ведьму, ни на Древнего, заходившего внутрь мельницы. Он смотрел сквозь них всех. Его сердце было где-то далеко или, по крайней мере, желало там оказаться. Рядом с матерью, которая плыла по морю и наверняка сидела сейчас на палубе, обратив взор на юг и спиной ощущая дуновение попутного ветра.

– Путешествие до Кейсы не таит в себе опасностей, – сказала Корэйн. Она не соврала. В это время года в восточной части Долгого моря было спокойно, и любому умелому капитану не составило бы труда преодолеть этот путь. – По крайней мере, их гораздо меньше, чем на любой из дорог, которые лежат перед нами.

– Откуда вам знать?

Резкость, прозвучавшая в его голосе, застала Корэйн врасплох. Эндри оставался добрым в любой ситуации – даже когда они спасались бегством из дворца. Хотя, с другой стороны, она едва была с ним знакома. Они познакомились накануне вечером. «А мне кажется, что уже прошла целая жизнь».

– Я знаю, каково это – хотеть оказаться на корабле, куда ты никак не можешь попасть, – пробормотала она, чувствуя, как у нее сжимается сердце.

Лед в глазах Эндри Трелланда растаял, словно масло на разогретой сковороде. Корэйн быстро отвела взгляд и принялась поправлять ремни, на которых держался Веретенный клинок, просто чтобы занять руки. К ее щекам прилила кровь.

– Раньше это было моей работой, – добавила она хриплым голосом.

Эндри закусил губу.

– Так вот что имела в виду Сораса, когда говорила, что вы разбираетесь в кораблях.

– В некоторой степени. Особенно хорошо я разбираюсь в одном конкретном корабле.

Перед ее глазами предстали до боли знакомые пурпурные паруса и раскрашенный корпус «Бурерожденной» – а еще черноволосая женщина со смешливым взглядом, стоявшая на ее носу.

– Моя мать – пират, – признание сорвалось с языка Корэйн помимо ее воли.

Она опустила взгляд. Ей не хотелось, чтобы Эндри Трелланд снова смотрел на нее с осуждением или неловкостью. Ему и так пришлось через многое пройти. Не говоря уже о том, что он оруженосец, в котором с детства воспитывали благородного рыцаря. Его мать – знатная дама. Она красива, умна и гораздо добрее родителей, которых я видела в своей жизни.

– Наверное, это весьма… увлекательно, – проговорил он, очень осторожно подбирая слова.

– Для нее – да. – «Но не для меня. И не для тех людей, кого она грабит и убивает». – Я впервые в жизни сказала эти слова вслух. Но все остальные и так знают. Я хотела, чтобы это не было тайной и от тебя.

– Я не понимаю, какое все это имеет значение. – Корэйн вскинула голову и увидела, что Эндри пристально на нее смотрит. Солнечный свет золотил контуры его лица. – Какая разница, кто твоя мать и кем был твой отец?