Читаем Разрушенные полностью

— Когда мы впервые встретились, Хэдди спросила, трахаешься ли ты так же, как водишь.

Он фыркает от смеха, озорная усмешка украшает его губы, образуя ямочку, которую я так люблю.

— И как же?

— Немного безрассудно, раздвигая все границы, удерживаясь на треке до самого последнего круга… — позволяю голосу затихнуть, дразнящим движением выводя ногтем линию посередине его груди, его мышцы напрягаются в ожидании моего прикосновения.

Он наклоняет голову в сторону, и его высокомерная улыбка становится шире.

— И что же, она была права или мне нужно еще разок прокатить тебя по треку, чтобы освежить твою память?

Мне нравится видеть Колтона, которого я знаю, Колтона, по которому я скучала, такому живому, что я решаю немного повеселиться — сыграть с ним в его же игру. Он хочет секса, который я не собираюсь ему давать, но это не значит, что я не могу устроить хорошее шоу, чтобы скрасить его ожидание. Дать ему что-нибудь, что бы облегчило жажду.

Или усилить жажду.

Провожу пальцами вниз по его груди, а затем по своим раздвинутым коленям, вверх к бедрам. Его глаза следят за их распутными движениями, когда они останавливаются поверх треугольника ткани, прикрывающего мою киску.

— Не уверена, что помню, Ас. Прошло много времени с тех пор, как я видела тебя в действии.

Он со свистом втягивает воздух, и эта реакция заставляет меня сделать еще один шаг вперед. Провожу руками по голому животу, обхватываю ладонями груди, уже отяжелевшие от желания. Намеренно прикусываю губу, выдыхая слабый стон, сжимая соски между большими и указательными пальцами, ощущение рикошетом проходит через каждый мой нерв. Глаза Колтона темнеют, губы приоткрываются, и я чувствую, как его член пульсирует у меня между ног при виде того, как я доставляю себе удовольствие.

Его реакция дает мне силы, позволяет обрести мужество и уверенность, чтобы осуществить задуманное. Несколько месяцев назад я бы никогда такого не сделала — так дерзко трогать себя под его пристальным взглядом — но это он сделал со мной: показал, что мои изгибы сексуальны; тело, которое я привыкла с готовностью критиковать — именно то, которое он хочет, которое его возбуждает. Что ему его более чем достаточно.

И благодаря этому знанию, я могу с полной уверенностью и твердыми руками преподнести ему этот дар.

Позволяю еще одному стону слететь с губ, и насколько могу видеть, желание в зеленых глазах становится сильнее, когда он следит за мной. Медленная, кривая улыбка приподнимает один уголок его восхитительно красивых губ. Он лишь слегка качает головой, веселье пляшет на его лице, он дает мне понять, что более чем готов играть в эту игру.

— Детка, если ты пытаешься заставить меня остановиться, то не стоит бросаться такими словами.

Он вращает подо мной своими бедрами, его твердый член прижимается именно там, где я жажду, чтобы он меня заполнил — где я молча прошу усилить трение — и насытить боль, доставляющую удовольствие. Пытаюсь подавить реакцию, слетающую с губ, стараюсь разыграть застенчивость, но это бесполезно, когда он снова двигается. Губы приоткрываются, удовлетворенное мурлыканье исходит из глубины моего горла, руки опускаются, не задумываясь прижимаются к внешней стороне моих влажных трусиков. Я нуждаюсь в чем-то, что бы могло подавить желание взять то, в чем я так отчаянно нуждаюсь, так отчаянно хочу.

Его.

Когда его бедра опускаются, я пальцами впиваюсь в плоть своих бедер, чтобы помешать себе взять то, что мне хочется — пальцы разрывающие трусы-боксеры, берущие его стальную длину в руки, направляющие ее в меня, растягивая до грандиозного удовлетворения — мне хватает достаточно самообладания, чтобы поднять глаза вверх и зафиксировать их на нем. Притвориться, что я крепко удерживаю контроль, который умоляет меня сломаться.

Он поднимает руку и мучительно медленно проводит линию между моими грудями. Его ухмылка растягивает оба уголка губ, когда мои соски твердеют от его прикосновения, доказывая, что, несмотря на мой серьезный внешний вид, он влияет на меня всеми возможными способами.

— Что же, если ты думаешь, что я трахаюсь, как веду, то должна была видеть, как я изо всех сил жму на газ и обгоняю тебя на финише.

Не могу сдержать вздоха, перехватывающего горло. Должно быть, это совпадение, что он использует термин «обгонять» — в конце концов, он относится к его профессии — но каждая частичка меня на мгновение надеется, что я ошибаюсь. Что он использует этот термин, чтобы сказать мне, что он помнит. Но как только эта мысль воспаряет надеждой, она сгорает, запирая дыхание в моих легких. Поэтому я делаю единственное, что могу, чтобы помочь себе забыться, а ему вспомнить.

Пришло время показать ему шоу, которым я его соблазняю.