Читаем Разоритель Планет полностью

Тем временем группа людей продвигалась к третьей линии обороны, которая расположилась на возвышенности, небольшой холм являлся тем, что стало основой для пятидесятиэтажного офиса, а также идеальной позицией для того, чтобы разместить пулеметные точки. Здесь были самые замысловатые клумбовые укрепления, колонны которых на этот раз возвышались над самой клумбой. Они были чем-то похожи на укрепления второй линии, но размерами в два-два двадцать метра, при этом виднелось пулеметное гнездо со всеми его особенностями. Что было интересно, так это то, что данные клумбы имели определенные округлые формы, что и позволяло пулеметчику теперь иметь гораздо больший обзор, чем если бы укрытие было прямым.

— Неплохие позиции для пулеметов, — отметил Ирвин, глядя на «клумбы» третьей линии обороны.

— О… Вы еще не видели убранств холла, — проговорил Шиллинг, входя в здание, которое уже приветствовало стальными щитами через пять метров от входа. Сам вход был ниже основной части зала примерно на два метра, что и влекло за собой, что в округлой арене входа противник попадал в засаду, все перила были заменены металлическими щитами, виднелось и две пулеметных точки, которые располагались по краям от двух лестниц, что вели к администратору.

— Ого… — улыбнулся директор, глядя на ту западню, в которую попали бы бойцы Карении. — А Вы не зря едите свой хлеб, генерал. Стекло первого этажа было заменено металлом и бетоном также по Вашим задумкам? — спросил Баукус, посмотрев на генерала.

— Да. Но я не уверен в том, что мы сможем выдержать. Впрочем, оставьте своих парней здесь, а нас ждет разговор с остальными директорами, — генерал улыбнулся, после чего Баукус вместе с ним начали подниматься по ступенькам.

…

Баукус стоял по правую руку от Шиллинга и видел, как генерал большим пальцем поочередно надавливална указательный, затем на средний, после на безымянный и заканчивал мизинцем, после чего снова возвращался к указательному, проходя путь в обратном порядке.

— Вы нервничаете, генерал? — спросил Баукус, глядя на Шиллинга.

— Слегка, — Шиллинг обычно не показывал своего волнения и своих нервов на глазах подчиненных, да и, в целом, на людях. Сейчас он ехал в просторном, мягко поднимающемся лифте, и крепко держался левой рукой за поручень, на правой же постоянно перебирал пальцами, хотя на лице его сохранялась невозмутимость. — Понимаешь… Я еще ни разу в такой заднице не был. Если верить данным, которые я получаю из космопортов, мы будем иметь дело с Жабодавом, и не одним лишь Жабодавом: Гришка Жнец — один из старых товарищей Жабодава с отрядом примерно в двадцать рыл, если ничего не путаю; Гарри Грэм — восемь человек, бывший лейт и Герой Федерации, мало про него известно на наемничьем поприще, но он мне не нравится тем, как действовал во время операции по освобождению какого-то транспортника — больно хорошая у него выучка; Гюнтер Кувалда, у которого среди бойцов два кворона из клана Йори и гребаный швагр, который, судя по данным, любит стрелять «по-македонски» из, мать их, пулеметов. И мне не верится, что эти Три Гэ просто так появились здесь вместе с Жабодавом, который прибыл еще семнадцатого.

— Угу… Думаешь, что твоя оборона не справится? — спросил Максимилиан, задумавшись.

— Боюсь, ибо это явно не единственные наемники, которые будут использованы при штурме, — генерал был не похож на себя, кажется, что он стал еще белее от новых седых волос.

— И именно поэтому нас сегодня собирают здесь? — спросил Баукус.

— Не знаю. Мой призыв понятен, а вот Ваш, Баукус, и ряда других персонажей мне неясен, — проговорил коротко человек, когда двери лифта открылись, а дальше они продолжили идти по светлым коридорам в молчании.

Что-то здесь было нечисто. Либо все-таки Блюхарт решил пойти на компромисс… Хотя? Зачем бы он пригласил сюда безмозглого Лефтхенда? Этот бугай никогда не пойдет на мирные переговоры, а тем более со своим старым сослуживцем, который, видимо, как-то перешел фон-барону дорогу.

Тем временем, мелькали двери кабинетов, Шиллинг шел довольно резво для того, у кого голову украшали частые седые пряди. Заметно было и его прихрамывание на правую ногу, которое обычно генерал старался скрывать, но все-таки дорожил этой хромотой, поскольку это напоминало ему о войне.

Вскоре они оказались возле актового зала, где уже стояли Отто и василиск Блюхарта, которые переговаривались о чем-то между собой, стоя спиной к двери актового зала. У змея была зеленоватая окраска, красного цвета глаза с вертикальным зрачком, а также большой змеиный капюшон, который был покрыт некими подобиями глаз самого василиска, вероятно, это были некие татуировки для пущего устрашения врага.

— Кто же это к нам идет? — оскалился амбал, который, кажется, был выше двух метров, из-за чего даже на фоне змея с мощными металлическими манипуляторам вместо рук смотрелся как крепкий человек, в плечах значительно превышавший ширину в полметра. — Генерал Шиллинг и директор-неудачник Баукус?

— Ха-ха… Очень смешно, — прокомментировал Баукус, подходя к змею и человеку, а сам в уме добавил: «Тупица».