Читаем Разящий меч полностью

— Да, поезд. Если все мы отправимся на восток, то, когда вернемся через двадцать лет, они построят много таких машин и смогут объединить против нас сотни городов. Поэтому тебя это тоже касается, Тайянг. Пройди мимо этого сейчас, и когда твой сын приведет сюда свою орду, их армия станет неисчислимой, как трава на пастбищах. И за один день они смогут проехать столько, сколько мы проезжаем за десять дней.

Тайянг со своего трона посмотрел на молодого человека, который, как знал Музта, был его наследником.

— Ну и чего же ты хочешь от нас? — наконец спросил Тайянг.

— Мира. Для того чтобы весной орда мерков могла обрушить на янки всю свою мощь.

Тайянг тихо рассмеялся.

— А что взамен?

— Спокойствие. Они не будут нам больше угрожать.

Тайянг снова засмеялся.

— Я что, похож на дурака? Где же ваше новое оружие? Я слышал, что мерки теперь могут даже летать. Или это только слухи?

— Это правда, — отозвался Джубади. — Мы можем летать.

Вожди кланов, окружавшие Тайянга, стали с недоверием перешептываться.

— Это правда, — подтвердил Музта. — Я видел небесных всадников. Машины, сделанные мерками, могут летать.

— Но как? — воскликнул Тайянг, не в силах скрыть изумление.

Тамука оглянулся на Джубади:

— Один из янки-предателей знал секрет того, как делается невидимый воздух, который помогает летать.

— Похоже, вы нанесли им удар г тыла, — хрипло расхохотался Тайянг.

Джубади улыбнулся:

— Этот воздух взрывается, если рядом зажечь огонь. Его накачивают в сшитую в виде огромной сумки ткань, а когда она наполнится и станет похожа на шар, то взлетает. Под шаром мы установили тележки, которые вытащили из курганов, — на них наших предков отвозили к месту погребения. Старые сгнившие колеса мы сняли, а вращающиеся лопатки позволяют шару передвигаться в воздухе. Мы можем лететь куда угодно.

— Похоронные телеги двигаются без лошадей, сами по себе? — недоверчиво переспросил Тайянг.

Джубади кивнул.

— Ты осквернил могилы предков. На тебя обрушится проклятие, — раздался голос из-за спины Тайянга.

Джубади кинул взгляд на шамана, ожидая, что Тайянг прикажет замолчать вмешавшемуся в беседу вождей. Однако кар-карт ничего не сказал. Джубади почувствовал себя оскорбленным. Его, вождя, посмел осудить какой-то шаман, который ничего не смыслит в битвах и переговорах.

— Проклятие убило нескольких, — вставил Тамука. — У них пошла горлом кровь, выпали волосы, и они умерли. Но остальные остались невредимы, — значит, предки нас простили и теперь не сердятся на нас, а радуются, что мы сумели воспользоваться этими вещами, чтобы разбить врага.

Джубади пристально посмотрел на шамана, который сделал жест, отгоняющий злых духов, и сел на свое место, растворившись в темноте.

— На этих машинах мы облетим всю Русь и даже доберемся до земель Рима. Мы сможем наблюдать, что делает враг, сможем взорвать его оружие. Даже сейчас мы продолжаем делать эти машины и не собираемся останавливаться, потому что только так мы сумеем противостоять янки.

— Да, — прошептал Тамука едва слышно.

— Ну что ж, проклятье падет на твою голову, — сказал Тайянг, хотя видно было, как ему хочется посмотреть на этакое чудо — летающую машину.

Тени стали глубже и темнее, красноватый отсвет заката исчез. Снаружи раздался крик наблюдателей, извещающий о заходе солнца. Слуги откинули западный полог юрты. Все замолчали. Три кар-карта поднялись со своих тронов и обратили лица в сторону заката, вожди кланов опустились на колени и склонили головы.

— О светоч нашего мира! — закричали наблюдатели. — Иди же теперь в края, где в бесконечных небесах царит вечная ночь. Донеси до наших предков и всех их прародителей слова нашей молитвы. Обрати свой лик в царство мертвых, а затем снова возвращайся к нам в сиянии своей славы.

Последний тонкий лучик исчез за горизонтом, и в это мгновение вспыхнул ярко-зеленый свет. Раздался радостный крик — зеленый луч считался добрым знаком, и все, кто его видел, полагали, что их благословили предки.

Зеленый луч также рассеялся, эхо с холмов отражало возбужденные голоса собравшихся. Все были довольны предзнаменованием.

Три кар-карта вернулись на свои места, полог вновь закрыли. Внесли факелы, по углам юрты заплясали те-

ни. Круглую жаровню, стоящую почти в самой середине, возле Тамуки, наполнили свежими поленьями, и в воздухе разлился сладкий запах дыма. Тамука с удовольствием вдыхал этот аромат и смотрел на огонь. Тот, кто путешествовал по центральным степям, зачастую в течение многих месяцев не видел настоящего огня. Готовить приходилось на кострах, топливом для которых служила трава, сухой навоз или ветки колючего кустарника с маслянистым соком, распространявшие при горении едкий черный дым.

Тайянг с удовлетворением кивнул, словно именно ради него и появился в небе зеленый луч. Затем он уселся поудобнее и посмотрел поверх головы Джубади.

— Так, значит, ты хочешь мира? Джубади кивнул.

— Ты хочешь, чтобы я дал тебе время. Ты захватишь оружие скота, научишься его делать, а потом повернешь его против нас.

Музта заметил раздражение, промелькнувшее на лице Тамуки.