Читаем Разбудить смерть полностью

– Понятно, – усмехнулся Гэй. – Вы никому ничего не можете сказать, да? Когда сегодня днем мисс Форбс с мистером Кентом отправились на прогулку, вы послали следить за ними своего человека. Не знаю точно кого, но, кажется, это один из сержантов, что были в «Королевском багрянце». Когда молодые люди вернулись в «Четыре входа», ваш человек последовал за мисс Форбс. Я склонен подозревать, что причина, по которой вы… завлекли меня сегодня в паб, вместо того чтобы прийти ко мне, заключается в том, чтобы и в моем доме поместить своего человека. Я не возражаю. Но если мой дом используется для какой-то цели, я имею право знать о том, что готовится. Норфилд так и кишит полицейскими. Сегодня вечером в пабе тоже торчал один из них. В такой маленькой деревушке это невозможно скрыть. И я раздумываю, что же происходит.

– Лучше сказать ему, Хэдли, – предложил доктор Фелл. – Я все время на этом настаивал. Он может оказать нам большую помощь. А если почему-либо все пойдет не так, он может сорвать нам весь наш план.

– Но почему, – вмешался в разговор Кент, – почему вы следите за мисс Форбс?

Хэдли недовольно усмехнулся:

– Не по тем причинам, о которых вы думаете. Просто для того, чтобы она не попала в беду, что вполне возможно. – Он обратился к Гэю: – Хорошо. Дело в том, что, если повезет, сегодня ночью мы схватим убийцу.

Гэй присвистнул и резко выпрямился:

– Интересно! Даже захватывающе! Где и как?

– У вас весьма необычный дом, – стал пояснять Хэдли. – Он полностью соответствует своему названию. В противовес «Виду на море» или «Парк-сайду», у него на самом деле четыре входа, по одному на каждой стороне здания. За всеми дверьми будут наблюдать. Если Фелл прав, мы надеемся, что сегодня в полночь кое-кто выйдет из одной из этих дверей.

– Выйдет из дома? Зачем?

– Пока мы этого не можем сказать, – отрубил Хэдли.

Гэй озадачился:

– Все равно ничего не понимаю. Если кто-то выйдет из дома в полночь, разве это доказывает, что он – убийца? Я всегда думал, – размышлял старик вслух, – что, когда расставляются подобные ловушки и хватают кого-то подозрительного, человек готов расколоться и признать свою вину. А если он спокойно сложит руки на груди и заявит: «Это все подстроено. Я приглашу адвоката»? Что тогда будет с вашими доказательствами?

– У нас есть причины надеяться, – ответил Хэдли, – что они у нас есть. – Он сменил тон: – Но вот о чем я хотел вас просить, сэр Гайлс. Если случайно вы увидите у себя в доме полицейского, как бы подозрительно вам это ни показалось, пожалуйста, ничего не предпринимайте и никому ничего не говорите. Пусть все, как обычно, разойдутся спать. Возможно, рано утром вас разбудят, но если повезет, к этому времени все будет кончено. Вы обещаете молчать?

– С удовольствием! Я так понимаю, что вы… э-э-э… поверили в мой рассказ?

– А иначе разве я доверил бы вам наш тайный план?

– Не знаю, – искренне признался Гэй. – Но можете на меня положиться. Если я чувствую грязную работу, мне это даже нравится. Спокойной ночи, джентльмены. Надеюсь, вскоре увидимся.

Он натянул на голову шляпу, встал и сунул трость под мышку. Остановившись у двери, он с минуту смотрел на собравшихся за столом, затем быстро махнул им рукой и вышел. В комнату ворвался клуб холодного ночного воздуха.

Хэдли взглянул на часы:

– Пойду повидаюсь с хозяином. Нам нужно избегать вмешательств.

Он выключил свет.

В то время как комнату освещал неровный свет пламени в горелке и Хэдли неуверенно шагал в темноте к бару, Кент посмотрел на доктора Фелла. Тот молча потягивал пиво. Казалось, он прислушивался к церковным часам, которые должны были вскоре пробить очередные полчаса.

– Можно узнать, что вы задумали? – почти прошептал Кент. – И в чем дело с Франсин? Я имею право знать…

Он не очень отчетливо видел лицо доктора Фелла, только слышал его дыхание с присвистом.

– Мисс Форбс, – заявил доктор Фелл, – не грозит никакая опасность. На этот счет можете не беспокоиться.

– Но если она в опасности, я хочу…

– Гм… да. Думаю, это часть нашей идеи.

– Я веду к тому, что хочу быть на месте, чтобы…

– Нет, – сказал доктор Фелл, – больше такого не будет. Я допустил это в случае с восемью мечами и дал себе страшную клятву, что больше этого не повторится. Иначе выльется в трагедию. Это работа для профессионалов, мой друг. И пусть они ее делают. Но если желаете, можете оказать помощь. Нам нужно поставить у каждой из четырех дверей по два человека, а людей не хватает. Если хотите, можете принять участие в наблюдении. Не хочу преувеличивать серьезность дела, но мы можем столкнуться с человеком, который способен на самые ужасные вещи, если вдруг наш план сорвется.

Часы на улице громко пробили очередные полчаса.

Вернулся Хэдли с полными кружками пива. Они пили ароматный напиток и лишь изредка перебрасывались словами. Сидя близко к огню, чтобы можно было видеть наручные часы, Хэдли не сводил с них глаз. Царила тишина, нарушаемая лишь легким позвякиванием посуды, тиканьем часов и потрескиванием дров в камине. Пробило четверть часа, затем час. Норфилд погрузился в сон.