Читаем Разбуди в себе исполина полностью

На первый взгляд эти ценности выглядят восхитительно, не правда ли? Вы бы, вероятно, решили, что эта особа— любящая, здоровая и свободолюбивая натура. Но при более тщательном рассмотрении вы поймете, какие проблемы сопряжены с этими ценностями. Третья ценность Лори — "безопасность", а четвертая — "свобода". Эти две вместе звучат неплохо, верно?

Но в действительности эта женщина испытывала большое страдание. Она терялась в значении каждого слова и, буквально говоря, становилась затворницей, которая прячется от людей. Ни один врач-психолог, которого она посещала, не смог определить причины этого. Все они рассматривали ее поступки, страхи и эмоции, вместо того чтобы оценить, каким образом соотносилась ее основная система ценностей с каждым событием и опытом ее жизни.

Поэтому я начал выявлять ее принципы в отношении каждой из ее ценностей: "Что нужно для того, чтобы вы могли почувствовать себя...?" На вопрос "любимой" она ответила: "Я должна чувствовать себя так, как если бы я это заслужила. Я должна чувствовать, что все мои. убеждения, принимаются и одобряются каждым человеком, с которым я познакомлюсь. Я не могу чувствовать себя любимой, если не буду совершенством. Я должна стать прекрасной матерью, прекрасной женой и т д."

И сразу мы увидели, в чем ее проблема. Любовь была наивысшей ценностью в ее списке, величайшим стимулом для совершенствования, которого она не могла постичь. Тем не менее, ее принципы не позволяли ей доставить себе это удовольствие до тех пор, пока она не будет соответствовать тем жестким требованиям, которые она не могла контролировать. Если бы каждый из нас чувствовал себя любимым только в том случае, если партнер во всем принимал нашу точку зрения, то вряд ли бы мы часто испытывали чувство любви, не так ли? На свете столько людей имеют разные мысли и убеждения, следовательно, у них не меньшая вероятность чувствовать себя дискомфортно.

Как узнать, какое воздействие оказывает на нас тот или иной принцип — вдохновляющее или расслабляющие? Для этого есть три основных критерия.

1. Принцип является расслабляющим, если его невозможно удовлетворить. Если ваши требования к себе сложны, разнообразны или тяжелы для исполнения, то, опираясь на них, вы вряд ли когда-либо выиграете в жизненной игре, — ясно, что над вами господствует расслабляющий принцип.

2. Принцип является расслабляющим, если то, что вы не можете контролировать (изменить в ситуации), определяет ваше довольство или недовольство собой. Например, если для этого требуется, чтобы люди относились к вам желательным для вас образом или чтобы сложилась определенная обстановка, то у вас явно расслабляющий принцип. Классическим примером этого может служить затмение солнца, когда люди с нетерпением ожидали этого явления и не могли почувствовать себя счастливыми, поскольку погода — то есть то, чго было неподвластно их контролю — сорвала их планы.

3. Принцип является расслабляющим, если дает вам мало возможностей почувствовать себя хорошо и множество — чтобы почувствовать себя плохо.

Позиция Лори удовлетворяла всем трем критериям расслабляющих принципов, разве не так? Добиться того, чтобы все ее убеждения были приняты и одобрены людьми, было практически невозможно. Этот критерий требовал внешнего условия, чего-то такого, что она не могла контролировать, — мнения о ней других людей, — чтобы заставить ее почувствовать себя хорошо. Для того чтобы испытывать негативные чувства, есть множество путей, а для того, чтобы чувствовать себя хорошо, нет ясного пути.

Ниже я привожу несколько принципов из иерархии ценностей Лори.

Прежние позитивные ценности и принципы Лори:

Любовь. Я должна чувствовать себя так, как если бы заслужила это, и все мои убеждения должны приниматься и одобряться. Я не могу чувствовать себя любимой, если не считаю себя совершенством. Я должна стать идеальной матерью и женой.

Здоровье. Я должна знать, что моя диета идеально соответствует моим самым строгим стандартам. Я должна быть полностью свободна от физических страданий. Я должна чувствовать себя здоровее всех моих знакомых и служить им в этом плане примером.

Безопасность. Все должны быть подобны мне. Я должна чувствовать, что все, с кем я встречаюсь, уверены, что я хороший человек. Я должна быть уверена, что не будет ядерной войны. Я должна иметь гораздо больше денег на своем счету, чем у меня есть сейчас.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика