Читаем Разбуди в себе исполина полностью

1. Первый элемент, который оказывает воздействие на все ваши оценки, представляет интеллектуальное и эмоциональное состояние, в котором вы находитесь, когда производите оценку. В вашей жизни, наверное, бывали моменты, когда сказанные кем-то слова вызывали у вас слезы, а бывали и такие, когда то же самое замечание вызывало лишь смех. В чем же разница? В вашем состоянии в данный момент. Когда вы находитесь в состоянии ранимости, незащищенности, страха, звук шагов за окном ночью и скрип открывающейся двери вызовут совсем иные чувства и будут иметь совсем иное значение, чем когда вы в состоянии подъема или позитивного ожидания. Задрожите ли вы как осиновый лист или подбежите к двери с распростертыми объятьями — будет зависеть от вашей оценки значения этих звуков. Следовательно, одним из основных ключей для высших оценок является уверенность в том, что мы находимся в чрезвычайно плодотворном состоянии разума и эмоций, а не в режиме выживания, когда принимаем решения относительно того, какое значение имеют те или иные явления и какое действие в связи с ними следует предпринять.

2. Вторым строительным блоком нашей основной системы оценок являются вопросы, которые мы задаем. Вопросы создают первоначальную форму наших оценок. Помните, что, отвечая на любое происходящее в вашей жизни событие, ваш мозг оценивает его, ставя вопросы: "Что происходит? Что значит эта ситуация? Что она несет — боль или радость? Что я могу сейчас сделать, чтобы избежать, снизить или устранить боль, получить хотя бы немного удовольствия?" Что, например, определяет вашу готовность назначить кому-то свидание? На ваши оценки в большой степени влияет конкретный вопрос, который вы себе задаете, решив подойти к интересующему вас человеку. Если вы задаете себе вопрос типа "Будет ли для меня хорошо узнать этого человека?", то, по всей вероятности, вы чувствуете побуждение познакомиться с ним Но если вы по привычке зададите себе вопрос типа "А что, если он откажет мне? Что, если мое предложение оскорбит его? Что, если это причинит мне страдания?", то ясно, что такие вопросы, проведя вас через ряд оценок, вызовут в результате желание пройти мимо счастливой возможности завязать отношения с интересующим вас человеком.

То, что определяет ассортимент продуктов питания, которые вы кладете на свою тарелку за обедом, также зависит от задаваемых вами вопросов. Например, если вы зададите вопрос "Что бы мне такое быстренько съесть, чтобы восстановить свои силы?", то пища, которую вы, возможно, выберете, окажется тяжелой для переработки — выражаясь языком дилетанта, всякой мешаниной. Но если вы зададите другой вопрос: "Что бы мне такое съесть, что было бы питательным и полезным", то, вероятнее всего, вас потянет к фруктам, сокам, овощам и салатам. Разница между привычным "Сникерсом" и стаканом свежевыжатого сока будет определяться качеством вашего физического здоровья и всеми результатами ваших оценок. Основную роль в этом процессе играют ваши привычные вопросы.

3. Третьим элементом, оказывающим влияние на наши оценки, является иерархия оценок. В течение жизни каждый из нас приобретает навык оценивать одни эмоции выше других. Все мы хотим чувствовать себя хорошо, то есть получать удовольствие, и избегать негативных чувств, то есть страданий. Но жизненный опыт преподносит каждому из нас свою особую систему кодирования: что считать страданием, а что — удовольствием. Все это находится в системе-руководстве наших оценок. Например, один человек привык связывать удовольствие с мыслью о материальной обеспеченности, в то время как другой связывает с той же мыслью страдание, так как идущая из семьи навязчивая идея финансового благополучия никогда не давала им чувства свободы. Некоторые люди делают попытки преуспеть, хотя в то же время всеми силами стараются, чтобы их не отвергли. Можете представить, что такое противоречие в оценках может вызвать потом глубокое разочарование или скованность.

Оценки, которые вы выбираете, будут формировать каждое принимаемое в вашей жизни решение. Есть два типа оценок, которые мы рассмотрим в следующей главе: эмоциональное состояние и удовольствия, к которым мы всегда стремимся, — такие оценки, как любовь, радость, симпатия и подъем, — и эмоциональные состояния страдания, которых мы стремимся избежать или от которых мы отстраняемся, — типа унижения, разочарования, упадка и гнева. Динамика, создаваемая этими двумя целями, будет определять направление вашей жизни.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика