Читаем Раз и навсегда полностью

В спальне она сбросила с себя халатик, стянула лифчик и трусики, босиком направилась в ванную. Руки и ноги ее были как деревянные и почти не слушались. Сильные струи воды ударили ей в лицо. Лучше бы они промыли мне мозги, в отчаянии злилась на себя Маджи. Ну почему я такая тупая? С какой стати вообразила несусветные ужасы вместо того, чтобы присмотреться внимательней к человеку, с которым свела судьба? Разве самолюбивый и гордый нрав может ужиться с низостью помыслов? Да никогда…

– Боже, что я наделала! – воскликнула Маджи.

– А что такого ты наделала? – услышала она веселый голос Никоса, неожиданно возникшего рядом. – Попробую угадать. Ты сбрила им брови? Или, может, ножницами остригла своим клиенткам уши? Не знаю, как уши, но уж брови-то точно вырастут. Не расстраивайся.

Он был, в отличие от нее, в прекрасном расположении духа. Она и опомниться не успела, как Никос тоже влез под душ.

– Брр, как холодно. Я люблю погорячей. Он потянулся к кранам. Чтобы не дать ей поскользнуться и упасть, прижал к себе свободной рукой, так что ее лицо окунулось в курчавые заросли могучей мужской груди. Маджи разрыдалась. Он мой муж, а я… я… Ей было невыносимо сознавать собственную глупость, которая, возможно, и погубила их счастье.

Удивившись, Никос выключил воду, за подбородок приподнял ей голову, заглянул в глаза.

– Ну, ну, успокойся… Тебя кто-то обидел?.. В ответ Маджи еще пуще заплакала.

– Мадж, – прошептал Никос. – Будь умницей, расскажи, в чем дело, если, конечно, ты мне доверяешь…

Доверие?.. Вот в чем беда. Она никогда не доверяла ему. В эту секунду Маджи поняла: что бы он сейчас ни сказал ей в ответ – она поверит Никосу.

– В тот день, когда я увидела тебя в проклятом салоне… Он ведь не принадлежал тебе?..

Никос окаменел, его пальцы с силой сжали ее плечи.

– Ну и что?

– Почему ты не сказал мне правду, не опроверг моих обвинений?

– Зачем? Это ничего не изменило бы.

– Еще как! Неужели ты не понимаешь?.. Если бы я знала, что ты имеешь к проклятому салону отношение, мне не пришло бы в голову винить тебя в смерти Шейлы и других ужасных грехах, оскорблять и строить коварные планы, как побольнее отомстить… Все было бы иначе, и наш брак ничем бы не омрачился.

– Все и так чудесно, моя милая Маджи, – протяжно произнес Никос. Его сильные руки скользнули по спине, обхватили ягодицы жены и прижали к полыхающему жару мужской возбужденной плоти. – Лучше не бывает, – хрипло прошептал он, впиваясь поцелуем ей в губы.

– Подожди, Никос, – взмолилась Маджи. – Я хочу объяснить. – Ей просто необходимо признаться в своей глупости, на коленях просить о прощении…

Никос чуть отстранил Маджи от себя и долгим, изучающим взглядом окинул ее с ног до головы. Она даже не представляла, насколько была ему желанной: припухшие от слез зеленые глаза, обвисшие, мокрые рыжие кудри, грудь и бедра, покрывшиеся от холода пупырышками, – все в ней казалось бесконечно трогательным и прекрасным.

– Нечего тут объяснять, Маджи, – сдавленным грудным голосом пробормотал Никос.

– Да есть же, – застонала она. – Аспасия рассказала о своем брате – позоре семьи и о его «Клубе здоровья». Если бы я только знала…

– Если бы только… – фыркнул Никос неожиданно. – Неужели, Маджи, мы будем объясняться в сослагательном наклонении?.. – Он потянулся за полотенцами. Одним обмотал себе бедра, другое, глянув довольно хмуро, бросил ей. – Хочешь поговорить? О'кей, поговорим. Вытирайся сама – если я прикоснусь к тебе еще раз, никакого разговора не получится. – И он вышел из ванной комнаты.

Маджи торопливо вытерлась, закрутила пушистое полотенце на манер сари и последовала за ним.

Он сидел на краешке кровати. Вид у него был невеселый.

– Ну? Или ты опять передумала?..

Она остановилась как вкопанная в шаге от него. Испугалась, что объяснение ничего не даст. Недаром же он напомнил ей собственные слова о том, как она «передумала» стать ему женой. Но все-таки отважно набралась духу.

– Почему в нашу первую брачную ночь ты ничего не сказал, когда я обвинила тебя в?.. Ну ты знаешь, в чем…

– Потому, Маджи, что не посчитал это важным. Мне лучше других известно – кто я и что собой представляю… Оправдываться или разоблачать чужие заблуждения не в моих правилах.

– Ты не захотел сделать исключение даже для жены? Мы ведь только поженились?

– Верно, но свидетельство о браке не давало мне права рассказывать о сомнительных делах моих родственников…

Какой же слепой я была, мучительно размышляла Маджи. Злобно била по его самолюбию, а он терпел оскорбления и хранил молчание, взяв вину на себя во имя сохранения фамильной чести и достоинства! Маджи впервые поняла всю глубину, твердость и благородство его натуры. Она порывисто шагнула к нему, запустила пальцы во влажные волосы, потом наклонилась и поцеловала, вложив в поцелуй все свое сердце.

– За что такая награда?.. – пробормотал он и упал спиной на постель, увлекая жену за собой.

– Ни за что… Я люблю тебя, дурачок. – Маджи громко, радостно рассмеялась. – Люблю, несмотря на твое самодовольство и апломб, мой деспот!