И каждая Искра несла с собой силу. Сила потоком струилась в Камень. Сила переполняла Никола Боласа. То были вовсе не просто силы всех мироходцев, нет. Собранные вот так, воедино, они являли собой силу бога. Бога… да и то отнюдь не всякого!

Подобная сила была знакома ему с прежних времен. Подобная сила была присуща Боласу до самого Великого Исцеления. Сейчас он только возвращал себе то, что принадлежало ему по справедливости.

«Пусть все, все они гибнут. Когда-то я был бессмертным. Не просто долгоживущим, как всякий дракон, но воистину, в самом деле бессмертным. И обладавшим безмерной силой. Я был божеством, а Исцеление Доминарии и Мультивселенной свело мою силу на нет. Лишило меня того, что было моим по праву рождения. Чего может стоить Исцеление Доминарии в сравнении с этим грехом? Чего может стоить излечение Мультивселенной в сравнении с этим злодеянием? Так пусть же все, все умрут. Все они неплохо поживились за мой счет, и сейчас я просто верну себе отнятое – да с лихвой. Все, что получат сегодня, они вполне заслужили. Я снова стану воистину, на самом деле бессмертным. Однако ролью простого божества теперь уж не удовольствуюсь. Теперь я – нет, Мы – станем Богом. Мы станем единственным БОГОМ Мультивселенной. Ее БОГОМ-ИМПЕРАТОРОМ. И станем Мы им… еще до вечера».

Дракон шумно выпустил из ноздрей облако дыма. В эту минуту он вспомнил все муки первых дней жизни на Доминарии, после того, как Он и Уджин, Его брат-близнец, вылупились вдвоем из одного и того же камня-яйца – недомерки, так называемые «последыши» всего Прадраконова помета. Но после Он показал всем братцам, сестрицам и прочим сородичам, какого «последыша» они мучили, оставляли без внимания, недооценивали в Николе Боласе. Всем показал, всем до единого. А сегодня покажет то же самое всей Равнике. А скоро, очень скоро – и всей Мультивселенной.

Где-то у самого порога мыслей раздался писк этой ничтожной мышки, Джейса Белерена, телепатический приказ отступать, и БОЛАС, БОГ-ИМПЕРАТОР, удовлетворенно хмыкнул себе под нос.

Картина двадцать девятая. Кайя

Всего пять кратких фраз… пять мысленных фраз, раздавшихся прямо в ее голове. Да, не согласиться с их смыслом и важностью Кайя никак не могла, однако само ощущение… чужого вторжения нашла крайне неприятным. Уж очень все это отдавало Боласом. Отвлекшись и даже слегка обидевшись на этакое, пусть ненавязчивое, телепатическое насилие, она чудом не угодила под топор Вековечного минотавра.

По счастью, Крыса вовремя оттащила ее в сторону.

– А ты это слышала? – спросил Тейо, несколько сбитый с толку.

– Что слышала? – вклинилась Крыса, прыгая на спину минотавра. Не в силах в обхват могучих рогов дотянуться до глазниц, она вонзила кинжалы ему в загривок.

Кайя кивнула Тейо.

Телепатический оклик застал их в бою, плечом к плечу с четырьмя прочими мироходцами – Самут, Киорой, Сахили и Уатли, с которыми Кайя только что познакомилась. Вдобавок, рядом бились Ворел и его воины-Симики, да Марри со своими Иззетами.

Удар, нанесенный Крысой, почти не причинил Вековечному вреда, однако внимание неупокоенной твари привлек. Крыса спрыгнула наземь и поспешила укрыться за одним из щитов Тейо.

Сбитый с толку, минотавр заозирался в поисках напавшего на него врага, и промедления оказалось довольно, чтоб Кайя, пустив в ход призрачные кинжалы, покончила с Вековечным.

Вдруг прямо перед нею, откуда ни возьмись, возник здоровенный виашино ярко-зеленого цвета, окруженный той самой золотистой аурой мироходца.

– Чш-ш-што здес-с-сь творитс-с-ся? – только и успел прошипеть он, прежде чем одна из Вековечных воительниц бросилась на ящера сзади и что было сил стиснула в объятиях.

Нет, оружием Вековечная не воспользовалась, однако то, что последовало далее, повергло Кайю в ужас: Вековечная вырвала прямо из зеленой спины виашино его Искру! Золотистая аура заструилась к ней, и вскоре Искра засияла внутри ее тела, словно бы сквозь трещины в лазотеповой оболочке. Иссохший труп виашино рухнул на мостовую, а Вековечная вспыхнула, охваченная пламенем, вырвавшимся из груди. Оказавшись на воле, Искра мироходца рванулась в небо, хвостатой кометой понеслась в сторону Площади Десятого Района. Выжженная дотла, Вековечная рухнула поверх мертвого ящера. Сейчас, в смерти, оба могли показаться любящей парой, погибшей вместе, обняв напоследок друг друга.

Кайя оцепенела, не в силах сделать ни шагу, не в силах даже вздохнуть.

По счастью, Уатли как раз покончила с последним Вековечным из этого снопа – сама Кайя в эту минуту была совершенно неспособна ни к нападению, ни к обороне.

И тут те же пять фраз повторились. Голос-без-голоса, прозвучавший в их головах, казался отзвуком голоса Джейса Белерена, мага разума, бывшего Воплощения Договора и предводителя Стражей:

«Отступаем! Нам нужен план. Сообщите всем мироходцам и главам гильдий, каких сумеете отыскать. Встречаемся в резиденции Сената Азориусов. Спешите!»

Картина тридцатая. Джейс Белерен