Он увидел Галперта, спешащего к нему на механическом колесе. Галперт сбавил скорость и, зевнув, остановился. Хестлер заметил, что у его двоюродного брата тощие, костлявые лодыжки, обтянутые коричневыми носками, один из которых спустился, обнажая абсолютно белую кожу.

— Фарн, что?..

— Дело сделано. — Хестлер показал ему пустой сундучок.

— Дело сделано?.. — Галперт в замешательстве посмотрел на отдаленное окно.

— Все сделано. Оказалось не так уж сложно, поверь мне.

— Значит, я… значит, мне не придется больше… — Голос Галперта прервался.

— Нет, спасибо, Галперт, больше никогда.

— Да, но что же теперь?.. — Галперт посмотрел на Хестлера, потом на очередь, затем снова на Хестлера. — Ты идешь, Фарн?

— Я… я думаю, что мне надо немного пройтись. Понимаешь, я должен посмаковать это.

— Хорошо, — сказал Галперт. Он завел колесо и медленно поехал по пандусу.

Внезапно Хестлер подумал о времени — обо всех годах, простиравшихся впереди, словно бездна. Что он будет с ним делать? Он чуть было не позвал Галперта, но вместо этого повернулся и опять зашагал вдоль очереди. Лица смотрели мимо него, поверх него, через него.

Полдень казался нескончаемым. Хестлер купил сосиску в тесте, и бумажный стаканчик теплого молока у торговца с трехколесной повозкой, и жареного цыпленка, насаженного на палочку. Потом пошел дальше, вглядываясь в лица, казавшиеся ему безобразными. Он пожалел их: они были так далеко от окна. Он увидел Аргалла и махнул ему, но тот смотрел в сторону. Хестлер обернулся: окно было едва различимым — крошечная темная точка, по направлению к которой ползла очередь. О чем они думают, стоя в очереди? Как они должны были завидовать ему!

Но никто, казалось, не замечал его. К заходу солнца он начал чувствовать одиночество. Ему хотелось поговорить с кем-нибудь, но ни одно из лиц, мимо которых он проходил, не казалось ему симпатичным.

Было уже почти темно, когда он достиг конца очереди. За ней по направлению к темному горизонту расстилалась голая равнина. Она выглядела холодной и пустынной.

— Здесь так холодно, — услышал он собственный голос, обращавшийся к веснушчатому парню, который стоял последним, держа руки в карманах. — И одиноко.

— Вы будете становиться или как? — спросил парень.

Хестлер снова посмотрел на мрачный горизонт. Потом подошел и встал позади парня.

— Конечно, — сказал он.

Дьявол, которого вы не знали

1

Карлин Димплеби была в ванной, когда зазвонил звонок входной двери.

— Проклятье! — выругалась Карлин.

Она еще раз медленно повернулась под душем, запрокинув лицо навстречу струям воды, потом закрутила большие хромированные рукоятки кранов и вышла на белый нейлоновый ковер, занимавший всю площадь ванной и положенный ровно неделю назад. Слегка запотевшее зеркало, высотой в рост человека, отразило мягкие, округлые линии ее стройного молодого тела. Она вытерла полотенцем спину, пересекла ванную, набросила на себя банный халат и, босая, прошла через облицованный изразцами холл. Звонок зазвонил снова, и она открыла дверь.

Перед ней стоял высокий, стройный молодой человек, одетый в безупречно сшитый белый фланелевый костюм и голубую спортивную фланелевую куртку с отделкой и несколько захватанными манжетами. Молодой человек оторвал палец от кнопки звонка и улыбнулся ослепительно белозубой улыбкой, — Я извиняюсь, мэм, — сказал он.

У него был настолько низкий и глубокий голос, что Карлин показалось, будто звук пронзил все ее тело до самых пяток.

— Я подумал, что, может быть, вы не слышали звонка… Он замолк, покраснев от смущения.

— Почему же, — сказала Карлин. — Не волнуйтесь. Я имею в виду, что все в порядке.

— Я пришел снять показания электросчетчиков.

— Ей-богу, я даже не знаю, где они у нас.

Она сделала шаг назад и, поскольку он выжидал, сказала:

— Войдите. Они, кажется, на щитке в подвале. Высокий молодой человек бочком протиснулся в комнату.

— Профессор Димплеби живет здесь? — с сомнением спросил он.

— Он еще на занятиях, но не ждите от него большой помощи. Джонни недостаточно разбирается в простых вещах, но он великолепно знает квантовую физику.

Карлин взглянула на его пустые руки.

— Может быть, мне лучше зайти попозже? — спросил он.

— Я заметила, — укоризненно сказала Карлин, — что у вас нет с собой никаких инструментов.

— О, вы опять вгоняете меня в краску. Ну, я думаю…

— У вас ложные претензии, — мягко сказала она. — Вот так-то! У такого приятного молодого человека, как вы, наверное, полно девушек.

— Ну, я…

— Садитесь, — приветливо сказала Карлин. — Хотите кофе?

— Спасибо… Я никогда… Я лучше пойду!

— Вы курите?

Она выдвинула ящик письменного стола. Он поднял руки вверх и с испуганным выражением осмотрел себя. Карлин засмеялась.

— О, садитесь, пожалуйста, и все мне расскажите. Молодой человек сглотнул.

— Вы не студент, мистер? — настойчиво спросила девушка.

— Нет, не совсем.

Он робко присел на край датского стула.

— Конечно, я учусь всегда…

— Я имею в виду, думали ли вы о том, чтобы стать учащимся? И есть ли у вас девушка, которую вы просили о свидании?

— Ну, не совсем так…