— Нет, конечно! Если несколько бандитов нападут на тебя, что же я один смогу сделать? Или ты считаешь, что я, как партизан, должен умереть, но не сдаться?

— Ты не сможешь меня защитить, даже если бандит будет один!

— Я в этом случае, конечно, попытаюсь что-то сделать, но гарантии дать не могу. Я не боксер и не борец, вообще физкультурой не занимался, а очки делают меня очень уязвимым. Стоит кому-нибудь сбить с меня очки, и я вообще не увижу, где ты, а где бандит! Но ты разве не знаешь, что «наша милиция нас бережет»? Так что я думаю, никакой бандит на тебя не нападет, а если все же нападет, то и без меня ему придется плохо, как говорят — «сам напал, пусть сам и защищается!»

— Что ты этим хочешь сказать?

— Я вот на тебя не нападаю, а просто пытаюсь поцеловать, но ты так защищаешься, как будто я пытаюсь тебя убить! И даже когда мне это удается, я чувствую себя, как укротитель, который засунул голову в пасть льва и не уверен, вынет он ее или нет!

Так они часто обменивались «любезностями». Он называл ее Иришей, а она его Аркашей. Ирина говорила:

— Ну хорошо, ты действительно не Геркулес, но я не вижу в тебе каких-либо положительных черт мужчины, которыми ты мог бы похвастаться.

— У тебя какие-то странные взгляды. Как будто ты живешь не в XX веке, а в первобытные времена, когда в человеке ценилась только грубая сила. Сейчас самое главное — это мозги. Мужчина должен быть умным, знающим, толковым, успешным. Вот ты мне скажи, ты можешь решить интегральное уравнение? Нет? А я могу!

— Ну и что! От твоего умения проку мало. Или ты считаешь, что именно благодаря твоему уму ты получаешь нищенскую зарплату школьного учителя?

— Я еще молод. В будущем я надеюсь поступить в аспирантуру, защитить кандидатскую диссертацию, перейти на работу в какой-нибудь научно-исследовательский институт. Тогда моя зарплата возрастет. А сколько получаешь ты на своей киностудии? Я не думаю, что больше меня. Но вообще эти меркантильные разговоры не по мне. Ты мне нравишься, я тебя люблю, и мне плевать, сколько ты зарабатываешь!

— Все равно ты должен быть мужественным, если хочешь, чтобы я тебя полюбила. Ты должен сделать что-то такое, чтобы я поверила, что ты не трус.

Однажды, когда они прогуливались по бульвару, они дошли до парашютной вышки.

Каждый бакинец помнит парашютную вышку на Приморском бульваре. Она была довольно высокой. По железным лестницам надо было подняться на площадку, где на тебя надевали лямки. Парашют был прикреплен тросом к мачте, которая выступала на несколько метров. Но трос не тормозил падения, просто он не давал парашюту при ветре отлететь в сторону. Когда вышка «работала», часто собиралось много желающих испытать на себе ощущения парашютиста.

В тот момент, когда Ирина с Аркадием подошли к вышке, с нее как раз прыгали желающие.

— Хорошо, — сказала Ирина, — но хоть с вышки ты прыгнуть можешь?

— Не сейчас, но я над этим подумаю!

— Ну вот, я же говорю, что ты трус!

Аркадий не знал, хватит ли у него смелости прыгнуть, поэтому он решил сделать это сперва в отсутствие Ирины, а уж потом демонстрировать ей свое «мужество».

На следующий день он отправился на бульвар и поднялся на вышку. На него надели лямки, а руками он взялся за стропы, тянувшиеся от парашюта. Ветер был с моря, стропы сильно натянуло и Аркадию казалось, что он держится за что-то надежное. Он прыгнул и благополучно приземлился на площадке под вышкой.

Прошло несколько дней, и, прогуливаясь с Ириной по бульвару, Аркадий специально подошел к парашютной вышке.

— Так ты сомневалась, что я могу прыгнуть с вышки? Сегодня я в форме и могу это сделать. Но имей в виду, я делаю это только для тебя, сам я от этого никакого удовольствия не получу.

Аркадий поднялся на вышку. На него снова надели лямки. Он смело подошел к краю площадки, но работник его остановил:

— Подождите, вы что не видите, что какая-то служебная грузовая машина как раз проезжает по площадке мимо вышки.

Аркадий посмотрел вниз и пришел в ужас: очень высоко и очень страшно. К тому же в этот день не было ветра и стропы обвисли. Не было чувства, что ты хоть за что-то держишься. Машина проехала, Аркадий снова подошел к краю площадки, но сделать последний шаг не мог. Он стоял, не зная, что делать. Но работнику такая ситуация была знакома, она случалась довольно часто. Он подошел сзади к Аркадию и сильно подтолкнул его. Когда он благополучно приземлился, Ирина подбежала к нему и сама его поцеловала. А он думал: «Хорошо, что она не видела меня там, наверху, на площадке».

История закончилась счастливо. Ирина больше не сомневалась в Аркадии и вскоре они поженились. Он действительно защитил кандидатскую диссертацию и многие годы преподавал в Университете. Зарплата его значительно увеличилась, и, когда он приносил ее домой и отдавал Ирине, то всегда повторял:

— Ну, вот видишь, и за интегралы тоже платят и неплохо!

Клад

(говорят, что быль)