Читаем Рассказы полностью

— Уверена, во вторник у меня был свободный день. И Карел в шесть часов вечера должен был ехать обратно в часть, он подтвердит это. А приехал он в понедельник.

Павла Вашова еще описала молоток, который она видела в руках мужчины, в общих чертах конечно, — попробуйте описать молоток, если вы видели его одну-две минуты, да еще через улицу. Однако она заметила, что рукоятка молотка, скорее всего, была светлой. Оперативники обошли в Странянах все магазины инструментов, пытаясь выяснить, не покупал ли кто в последние дни молоток. Безрезультатно. И все же девушка сообщила больше, чем все остальные опрошенные, вместе взятые. Она действительно видела убийцу, ее глазами увидела его и служба безопасности.

Когда Карел и Павла покупали кольца, убийцы, видимо, не было в задней комнате. Туда Ольга Краусова могла пустить только своего знакомого, а проверка установила, что среди ее знакомых не было молодых людей с такой внешностью. Значит, преступник вошел в магазин сразу после ухода солдата и девушки.

Жениха Павлы Вашовой тоже допросили по месту службы. Но он не сообщил ничего нового.

Итак, появилось описание убийцы, более точное, чем дали в своих сбивчивых показаниях предыдущие свидетели. Однако возникло противоречие между показаниями мальчика, который видел руку в светло-коричневом пиджаке, и утверждением Вашовой, что на убийце был грязно-синий халат.

Встала задача выявить мужчин, которые работают в синих халатах (это могли быть механики, обслуживающие машины местной текстильной фабрики или предприятия «Мотор», заведующие складами и т. д.), а среди них — тех, кто не работал в первую смену или покидал на некоторое время свое рабочее место.

Итак, вполне определенно об убийстве стало известно следующее: молодой, высокого роста, в грязно-синем халате, скорее всего рабочий, в тот день был обут в кеды. Некоторого успеха добились и дактилоскописты: из двух сотен найденных отпечатков пятнадцать оказались отчетливыми. Десять из них принадлежали жертве, два — мужу убитой, имевшему неопровержимое алиби. Оставшиеся три отпечатка еще предстояло идентифицировать. (Позже установили, что отпечаток под номером пять, на том самом будильнике, который стоял высоко на полке и в начале расследования привлек внимание майора Картака, оставил убийца.) Специалисты просмотрели 28 600 отпечатков пальцев в старых заявлениях о выдаче гражданского удостоверения в Странянском районе, сравнивали с ними отпечаток номер пять, но безрезультатно. Видимо, в то время, когда при выдаче гражданских удостоверений брали отпечатки пальцев, преступник был еще слишком юным для получения такого документа. Не нашли этого отпечатка и в картотеке службы безопасности.

Отпечаток номер пять беспокоил майора еще по одной причине, о которой он пока ни с кем не говорил. Он чувствовал, что это единственный отпечаток пальца убийцы. А ведь должны быть и другие — на дверях, на сейфе, на прилавке, на вещах, которые преступник осмотрел, но не взял с собой. Но нигде ничего. Парень работал в перчатках, это ясно, и вдруг так «расписался». Почему он в тот момент снял перчатки? Почему не забрал будильник с собой? Майор недоуменно пожимал плечами, И размышлял. Видели, как убийца вошел в магазин, но не видели, как вышел. А ведь потом, покинув магазин, ом должен был прошествовать по Якубской улице с большим чемоданом, а то и с двумя. Разве такой человек не бросился бы в глаза? Но, как ни странно, не бросился.

Картак решил вернуться в Прагу.

— Но сначала давай заглянем на Якубскую, — предложил он Громадке. — В ресторан «У зеленой ветви».

Капитан понимающе улыбнулся: шел к концу седьмой день расследования, они могли позволить себе немного посидеть, заказать зельц с луком, запить его пивом.

Зал, окна которого выходили в сторону ограбленного магазина, в гот час был полупустым. Картак выбрал столик у окна и, когда официант обслужил их, попросил его присесть с ними на минутку. Официант был сама услужливость, краем салфетки что-то смахнул со стола.

— Ваши уже допрашивали меня вчера, — сказал он.

— Интересовались подозрительным мужчиной, наверное?

— Да. Но для меня подозрителен каждый, кто выглядит так, будто хочет исчезнуть, не заплатив.

— Такие нас не очень интересуют, пан официант. Нас интересует молодой человек лет двадцати пяти, высокий, худощавый, в синем или сером рабочем халате, ходит в кедах, руки длинные, довольно волосатые… Такой не бывал у вас? К примеру, не сидел за столиком у окна?

— Ну… Какое-то время сюда ходил похожий парень…

— С выразительными глазами, — добавил Громадка, но майор легонько толкнул его под столом ногой.

— Теперь, значит, не ходит? Давно?

— Месяц. Или побольше.

— Как вам кажется, он местный?

— Вряд ли. Люди здесь знают друг друга.

— А что он здесь делал? Обедал? Ужинал?

— Подождите… если это вообще тот, о ком вы думаете. Не обедал и не ужинал, брал только кусочек колбасы, сосиски, кофе или маленькую кружку пива. Приходил во второй половине дня и никогда долго не задерживался. Раза два, кажется, я видел у него шлем, какой носят мотоциклисты. Но, возможно, это не тот, кто вам нужен.