Читаем Рассказы полностью

Браент кивнул. Местные жители едва бы узнали его в костюме из шерстяной шотландки в крапинку. Они привыкли к тому, что он всегда появлялся в брюках, пожелтевших от прибрежной глины, и выгоревшей голубой рубашке. Они часто видели его стоящим, как сейчас, на этом самом месте под палящим солнцем, голова его с копной густых темных волос непокрыта, взгляд сосредоточен: он весь поглощен какими-то очередными трудностями, связанными со строительством. Рассказывали, что за все время стройки моста инженер думал и говорил лишь о мосте.

— В некоторых местах считают, что мост только тогда будет прочным, если при строительстве погибнет человек, — сказал он. — Этот мост не унес ничьей жизни. И я очень рад, что никого не убило и не покалечило… Мостик получился славный, не хуже любого деревянного моста в Австралии. И уж если он устоял в дни наводнения, то теперь выдержит что угодно.

— Угу… — ответил Чарли, растирая табак на ладони. — Но ведь мы чуть не лишились моста во время наводнения в прошлом году, правда?

— Да, все висело на волоске. — Инженер с облегчением рассмеялся. — Если бы я не вырвал лошадей у старика Джо Гейнса и не опередил наводнение на два часа, мы бы потеряли мост. Я же думал, что никогда не выберусь из Уонги. И ты воображаешь, что Гейнс охотно дал мне пару лошадей? Как же, разживешься у него, старого черта! Уж как я его уговаривал, все, что мог, пустил в ход. И в конце концов он все-таки дал.

— Свинья!

В голосе Чарли звучала горечь, которая едва ли могла быть вызвана рассказом инженера.

Улыбка мелькнула в глазах Браента при воспоминании, как он достал лошадей у владельца ветхого трактира под названием «Уонга Ривер Отель» — единственного обитаемого места на длинном пути от заведения Андерсона до Сьены.

— Я так и назвал его тогда, — сказал он. — Я ездил в Орбост, надо было встретиться с этими допотопными типами из муниципалитета, а по дороге домой мы немножко выпили у Андерсона. Один парень с верховья реки сказал мне там, что Том Кросс спустил бревна с лесоповала вниз по реке, и они скопились в запани и если не успеют проплыть над мостом до наводнения, то, уж конечно, эти проклятые бревна развалят мост.

…А наводнение вот-вот начнется. Трое суток подряд в горах шел дождь. Я знал, что парень прав, и сразу выскочил; всю ночь гнал лошадей и приехал в Уонгу на следующее утро. Но лошади, которых я получил у Андерсона, совершенно выдохлись. Попросил Джо Гейнса дать мне другую пару или осла, но не тут-то было!

Чарли уже слышал эту историю, но ему хотелось узнать от самого босса, как все произошло.

Браент продолжал:

— Я затащил его в бар, поднес две или три кружки — не помогло. Он все равно отказался дать мне лошадей… Должен тебе сказать, что чувствовал я себя отвратительно, сидя в пустой лачуге, прислушиваясь к шуму дождя, в котором мне чудился грохот рушившегося моста. Два года труда — и все разлетится в щепки. А какое скверное впечатление это произведет! Мой первый мост — и чтобы от него ничего не осталось! Я уже мысленно распрощался с контрактом на постройку моста через реку Мари-Мари.

Потом зашел я на кухню и увидел там Молли Макарти. Я встречался с ней и прежде на танцульках у бабушки Ален, такая славная розовощекая толстушка с голубыми глазами. Как будто я танцевал с ней раньше, но точно вспомнить не мог, боялся, не перепутал ли ее с малюткой Харвей, поэтому про танцы ничего не сказал. Посидел, поболтал с ней немного… Рассказал, что я места себе не нахожу из-за моста, и уже поднялся было, чтобы попытаться утащить лошадей или отправиться пешком в Сьену, как вдруг вошел Джо Гейнс и чуть не выгнал меня из кухни. Он так почернел, что я вспомнил разговоры ребят насчет того, будто он неравнодушен к девушке, которая у него работает, и не любит, когда с ней заговаривают.

Я решил сделать последний ход, чтобы спасти мост. Выждав немного, я отправился в бар. Джо Гейнс был там. Он свирепо посмотрел на меня, но я заставил его выпить, и, когда он чуть-чуть смягчился, я сказал:

— Славная девушка у вас на кухне. Побеседовал я с ней, нам неплохо вдвоем. Она мне очень подходит. Теперь я не так уж спешу уехать. Если мост обвалится — ничего не поделаешь! А я не возражаю поболтаться здесь недельку-другую.

Джо Гейнс чуть не задохся от злости и побежал в кухню. Я услышал, как там поднялся скандал, и уже собрался было пойти туда и вмешаться, но все стихло. А через полчаса у меня была пара лошадей и повозка!

Браент засмеялся. Когда он давал себе волю, смех его звучал заразительно, по-юношески; он посмотрел смеющимися глазами на Чарли Лонэгена, ожидая, что тот присоединится к нему. Ребята, работавшие на постройке моста, хохотали до упаду в пивной бабушки Ален, рассказывая каждому приезжавшему, как босс перехитрил Джо Гейнса, владельца пивной «Уонга Ривер Отель». Этот Гейнс никогда в жизни никому ничего хорошего не сделал. Это было известно всем, как и то, что он имел «зуб» на инженера. Но Чарли даже не улыбнулся. Мысли его, видно, были заняты чем-то другим.