<p>Часть третья</p><p>«У МОНЕТЫ ДВЕ СТОРОНЫ» 19–25 августа 1904 года Глава 31</p>

— Отряд князя Ухтомского мы встретим у Шандунга, вряд ли японцы догонят его корабли своими броненосцами. К тому же, Роберт Николаевич, у нас теперь есть снаряды, пусть немного, на полчаса боя, если экономно стрелять будем, но они имеются. Главное скорость — потому «Полтаву» брать не будем, пойдем с тремя броненосцами, в сопровождении крейсеров. Этого вполне достаточно, чтобы при встрече с неприятелем, отбиться от японцев.

— Снарядов привезут мало, только первую партию, вторая еще идет где-то в Сибири, и это несмотря на то, что поезда обязаны были пропустить как «литерные». Так нельзя воевать…

— Тут ничего не поделаешь, и так пропускную способность железной дороги почти в два раза увеличили от изначально запланированной. Армии много требуется, еще флот со своими заказами — министру путей сообщения можно только посочувствовать. Нормально дорога начнет функционировать только через год, когда будут достроены туннели вокруг Байкала и окончательно проложат второй путь. Как видите, японцы на нас напали в исключительно удобный для себя момент, только мы правильно распорядились тем, что есть в наличии. И если не дадим «Фудзи» и «Ниссин» из Вей-Хай-Вея тайком увести, то войну неизбежно выиграем.

— Для того вы подводные лодки решили задействовать? Чтобы ночью вошли в британскую гавань и снова торпедировать японские корабли? Не лучше ли миноносцы отправить в поиск?

— Не стоит — англичане рейд охраняют на пятидесяти кабельтовых — наши миноносцы просто не дойдут незамеченными. Да и не подводные это лодки — после установки мотора внутреннего сгорания они не способны погружаться, идут исключительно в полуподводном состоянии, и атаку можно произвести в тихую погоду, при волнении зальет через люк. Это так, «лапша быстрого приготовления», на скорую руку, а не настоящая подводная лодка, которая должна быть совсем другой…

— А что это за такое блюдо, Николай Александрович? И какова эта самая «настоящая» субмарина, каковы ее достоинства?

— Все предельно просто, как приготовление сухарей под высокой температурой термической обработки. Такую лапшу залил кипятком, добавил сухой зелени и мяса, которые хранятся долго, и через пять минут получил готовое горячее блюдо. А то посмотрел, как после боя консервы матросам давали, холодные, а люди голодные и усталые. А тут лапшу и приправу по пакетикам заранее разложить, соль с перцем добавить сразу, и хранить можно долго в сухом месте, пару лет точно.

— Так, ведь если десантные роты на берегу задействовать, то без кухонь несколько суток обходиться могут с такими припасами. Я немедленно распоряжусь, у контр-адмирала Григоровича целое хозяйство имеется.

Вирен мыслил прагматично, и что необычно — никогда и ничего не забывал, все время контролировал дела, и горе тому нерадивому, кто не вовремя или не в должной мере выполнял распоряжения командующего флотов или штаба. За это его многие ненавидели, но молчали в «тряпочку», как говорится — отвага и доблесть бывшего командира «Баяна» была вне всяких сомнений, как и полученный им орден святого Георгия 4-й степени и золотое оружие «за храбрость». С таким контр-адмиралом не поспоришь, даже другие флагманы, также заслуженные моряки, молча и без пререканий выполняли все его распоряжения. Вообще, на порт-артурской эскадре храбрые, энергичные и проявившие себя в боях офицеры, сейчас получали быстрое продвижение по службе, сопровождаемое заслуженными наградами и относительно быстрым чинопроизводством. Так командиры «Новика» и «Бобра», отчаянные смельчаки, проявившие себя с первых дней войны, уже получили и белые крестики на колодке, и «золотое оружие», и чины «за отличие в делах против неприятеля». Шульц получил под командование «Баян», и сейчас дневал и ночевал на крейсере, работы на котором заметно ускорились с его назначением, хотя и до этого велись круглосуточно. Но теперь стало ясно, что корабль будет полностью готов не к середине сентября, а к началу месяца, не позже, но может чуть раньше. Два «надсмотрщика» в лице Вирена и запредельно энергичного Шульца как-то объединили усилия, и получилась самая настоящая «гремучая смесь». А вот барон Шельтинг, командир «Бобра», теперь получил под свое начало весь дивизион канонерских лодок, и вполне мог рассчитывать на контр-адмиральские погоны.