Читаем Раннее утро полностью

Слышится гудок паровоза и шум проходящего поезда.

А н я. Друзья, у меня есть еще одна новость… Послушайте, я решила не откладывать и ехать немедленно.

М а р и я  Г р и г о р ь е в н а. Как — немедленно? Аня, ты о чем говоришь?

С е м е н  А н д р е е в и ч. Почему такое решение, Аннушка?

К о с т я. Аня, но ведь до начала учебного года два месяца.

А н я. Правильно, два. А я не буду ждать начала учебного года.

М а р и я  Г р и г о р ь е в н а. Это твое решение не продумано. Я не согласна и не согласна. Не вижу надобности! К чему такая спешка, такая торопливость?!

А н т о н. В школе вам сейчас делать нечего, там каникулы.

А н я. Ну и что же, что каникулы? Я хочу заранее узнать, где буду работать, до начала учебного года познакомиться с обстановкой, с людьми.

К о с т я. Там сейчас хлеб убирают, и людям не до тебя.

А н я. А это ровно никакого значения не имеет.

М а р и я  Г р и г о р ь е в н а. Вот такая твоя торопливость и настойчивость подчас меня беспокоят.

А н я. Ну почему вы не хотите понять меня?! Никто! Это же не бегство из дому, от друзей, а простое желание подготовиться к работе.

М а р и я  Г р и г о р ь е в н а. Ведь тебе нужно отдохнуть после экзаменов.

С е м е н  А н д р е е в и ч. Маша, не отговаривай. Аня рассуждает правильно. Я тебя понимаю, Аннушка, и поддерживаю — поезжай. Но пока ненадолго. Немного поживешь там, устроишься и назад. Отдохнешь дома, а перед началом учебного года проводим. (Шутливо.) Хочешь не хочешь, а проводим. Как подобает. Согласна, Аннушка?

А н я. Согласна. Я всегда буду тебя слушаться. Знаешь, папа, я бы очень хотела решать все так же правильно, как ты.

С е м е н  А н д р е е в и ч. Не беспокойся, Аннушка, жизнь всему научит.

КАРТИНА ВТОРАЯ

Село Звонкое на Енисее. Большая комната в квартире Теряевых. Лето. Жара. Окна настежь. На стенах много картин, среди них большинство неоконченных. У окна — мольберт. Н а д е ж д а  М а р к о в н а  сидит в кресле, пишет картину. В и т а л и й  сидит у рояля и, негромко напевая, подбирает мелодию.

В и т а л и й.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Послушай, Виталий, у меня уже не хватает терпения! Ради бога, прекрати свой концерт! Я не могу работать.

В и т а л и й. А у меня не работа?! Странно. Вечером занятие драмкружка, и я доллжен подготовиться.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. И песню какую-то дикую выкопал.

В и т а л и й. Песня по пьесе положена. Ее драматург сочинил.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Ну, пьеса, значит, такая. А пьесу ты показывал Сергею?

В и т а л и й. В репертуаре я разбираюсь, пожалуй, получше твоего Сергея. (Подходит к Надежде Марковне.) Пьеса с перчиком, со слезинкой. Люблю такие ставить. Смотришь из-за кулис в публику — одна тетушка платок достает, другая нос вытирает. На душе становится веселее. Люблю, когда люди в театре плачут. «Я пью за матерей, которые бросают детей своих, ведь эти сувениры жгут грудь…» Островский, «Без вины виноватые». А знаешь, Надюша, тебе эта картина удалась. Енисей, тайга, огромная перспектива. Сколько уже дней ты ее пишешь?

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Скоро месяц. Ни над одной столько не работала. Ты, Виталий, не первую мою картину хвалишь, а удачи все нет. Шутка ли, за последние два года у меня не приняли ни одного полотна.

В и т а л и й. Это ты для собственного успокоения говоришь — два, а ведь в действительности больше десяти лет.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Да, конечно.

В и т а л и й. И все это — зависть. Лютая человеческая зависть.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Ты смотри, вне дома не болтай таких вещей. Сережа узнает, неприятность будет. Не любит он этого.

В и т а л и й. Твой брат, Надюша, не такой уж круглый дурак, как это, может быть, кажется. А зависти повсюду хоть отбавляй. Почему, скажем, меня из театра выставили? Что, разве только у меня бывали творческие неудачи? Нет. Но у других не видят… А мои видят и придираются, потому что таланта моего боятся. И твои картины по той же причине не принимают. Впрочем, черт с ними, я привык.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Обидно. Работаешь, отдаешь весь свой талант, а это никому не надо, никто этого не ценит.

В и т а л и й. Послушай, Надюша, а не приходила ли тебе мысль, что, может быть, у нас с тобой, как говорят иные, действительно никаких талантов нет, что мы с тобой самые обыкновенные люди.

Н а д е ж д а  М а р к о в н а. Не издевайся над собой, Виталий. Это неумно.

Стук в дверь.

Стучат?