Читаем Раненый город полностью

Под утро 16 июля в город вошли танки Лебедя. Ни много ни мало целый танковый полк! Одни машины — в крепости, другие — вблизи открытых направлений у кишиневской трассы, и танковая рота у горисполкома! Это уже не политика с переговорами, о которых гадаешь, куда склонится, и о которых мы уже привыкли думать, что чем прекраснее слова, тем хуже после них начнется стрельба. Это — реальная сила, которой нам так не хватало! Заблестели глаза, разулыбались немытые лица, подтянулись ремни и фигуры. Провокациям и периодическим атакам националов теперь конец! Но успевший смотаться к бате Али-Паша сумрачен. Категорически запрещает кому-либо из наших отлучаться из расположения. Тот же приказ передает Горбатов. Что-то в городе происходит, какая-то весть идет потихоньку из уст в уста. Слышен танковый выстрел, потом еще один… Откуда несет звук? Не умею четко определять… Мелькает Сержева морда с прищуренными глазами, презрительно и недобро опущенными уголками губ. Что-то не так… Пусть взводный объяснит!

Ох, лучше б не объяснял. Я в растерянности. Танки Лебедя теперь постоянно будут в крепости. Это нормально, это понятно. Но те, что в городе, обеспечивают разоружение Бендерского батальона гвардии и арест Костенко. На его отстранение от должности есть приказ Кицака. Среди упомянутых в приказе нарушений превышение полномочий, мародерство… Мародерство в Бендерском батальоне? Что за вздор! Те, кто безуспешно преследовал комбата весной, теперь решили, что пробил их час. Но ради одного человека разоружать батальон, без которого город сдали бы еще девятнадцатого июня? Кому надо было устраивать этот цирк, кто так сильно боится бендерских гвардейцев, к которым мы никогда не испытывали недоверия и страха? Ох, дерьмово на душе… Потом слышно: Костенко не нашли, после коротких переговоров батальон, окруженный танками Лебедя в восьмой школе, вышел оттуда строем, с оружием в руках и… распущен.

Через два дня вихрем проносится весть, что Костенко арестован в Тирасполе и вскоре при непонятных обстоятельствах убит. В горисполкоме заявляют, что Бендерского батальона гвардии больше нет и его гвардейцы переданы в состав частей народного ополчения. Кадровых — в ополчение? Это шок. Сразу вспомнились самые мрачные факты и предположения из рассказов гвардейцев бендерского батальона. То, что происходит дальше, эти предположения лишь укрепляет. Нам уже открыто говорят, что цель выбить румынско-молдавских захватчиков из города Бендеры больше не ставится, и все должно быть подчинено переговорному процессу. Поэтому надо всего лишь выровнять линию фронта, то есть местами даже отойти.

Что думать по этому поводу? Наверное переговорный процесс, помимо урегулирования обстановки сулит кому-то большие выгоды. Гораздо большие, чем могли дать несколько тысяч честных дураков во главе с упрямыми и неудобными офицерами вроде Костенко. Но наши вожди в комбата Костенко и других своих офицеров не верили. В их представлении не того полета это были птицы, не могли они удержать Бендеры, не могли руководителей ПМР защитить! А Костенко смог удержаться! И подполковник Астахов смог организовать танковую атаку через мост. Не решился взять командование над прорывающимися полковник Кицак, как тут же нашелся подполковник Ширков! Не готовы оказались вожди к стихийному порыву людей, — так заботами о тысячах добровольцев занялся полковник в отставке Егоров!

Сколько всего ещё могла бы сделать эта могучая кучка людей, настоящих офицеров, если бы им не мешали, не разобщали, а заранее вместе свели! Но у политики свои законы. Она не хочет подчинять их законам войны. На войне паникеров приводят в чувство или стреляют. В политике перепуганные называют себя прагматиками, и творят что хотят в надежде на быстрый результат, который избавит их от страха и удовлетворит их амбиции. Конечно, они на свой лад продолжают противостоять врагу. Но ещё они ненавидят дееспособных и храбрых за то, что эти упрямцы мешают им бегать кривыми дорожками. При первом удобном случае политики мстят. Поэтому многие губы в Бендерах шепчут: измена! Есть ли другие политики, чей дух слишком крепок, чтобы бояться комбатов? Наверное, да. В другой стране и в другое время. Со временем и страной нам не повезло.

Теперь-то понятно, почему горисполкомовским распоряжением буквально накануне расправы с Костенко гвардейцев приткнули в восьмую школу. Там их легче было окружить и взять. От таких мыслей люди все больше мрачнеют и колеблются. Еще немного — и хребет обороны будет сломан. Причем не румынами, а изнутри. Мы — бессильные заложники политики, которая все последние годы вела нас от краха к краху. Так зачем же нас вообще призывали и вооружали?!