Читаем Рагнаорк полностью

Дамиан ликовал в душе, хотя и не показывал этого. Ему всё больше нравился этот собранный на скорую руку отряд. И надежда на здравомыслие не стала потерянной. Осталось только воплотить озвученную большей частью ткачей идею в жизнь. Иола же, которой и придётся принимать решение, как главной в команде, хмурилась. Ей явно не нравилось то, что первое же задание ещё до приземления пошло не по плану.

Но могла быть и другая причина — девушка слишком хорошо представила себе, что будет, если она не согласится с доводами коллег по отряду. Не каждый способен на хладнокровное убийство. В том числе и сама бывшая медсестра, всего полгода назад спасавшая жизни, а теперь вынужденная вскоре начать отнимать их.

Пока Иола продолжала хранить молчание, погружённая в раздумья, Хорс выглянул в окошко и увидел приближавшийся небольшой городок. Скорее всего, это и был тот самый Востренг. В его центре сиял голубоватый защитный экран единственного бункера.

«Или единственного сохранившегося», — в очередной раз вспомнил Дамиан несчастный восемьдесят первый.

Просторная застройка, здания не выше пяти этажей, большое количество парков и извилистая речушка — всё это некогда делало Востренг идеальным местом для отдыха от городской суеты. Вот только сейчас пятая часть домов ощетинилась шипами, деревья в парках сменили зелёную листву на разноцветные кристаллы, а от реки исходил подозрительный тёмный пар. О том, что может в ней обитать, не хотелось и думать.

Вертокрыл начал снижение.

— Сержант Куарта! — кажется, Иола наконец-то приняла решение.

— Слушаю, мастер Вауде.

— Мы поступим так. Я, Хорс и Найрам выдвигаемся к убежищу дикого. Попробуем поговорить с ним и убедить, что для него самого будет лучше отправиться с нами. Рене и Пантер остаются со штурмовой бригадой. В случае опасности я дам сигнал, или по рации, или с помощью плетения. Как только услышите или увидите его — начинайте атаку. Если с нами не будет связи в течение часа — начинайте атаку. Если сами поймёте, что дело плохо — начинайте атаку.

— Это хорошее решение, босс, — Яков похлопал Иолу по плечу.

— Принято, — кивнул сержант, раскрывая пожелтевшую карту с многочисленными исправлениями от руки. — Часть моей бригады останется у вертокрыла, часть засядет к северу от объекта. Идите вдоль трассы, но не приближайтесь к реке. Удачи!

Иола поднялась со своего места и потянула за рычаг с намерением разблокировать дверь, но девушке не хватило сил. Она тихо выругалась и попробовала ещё раз с тем же результатом. Яков тут же оказался рядом и без особых усилий справился с механизмом, толкнул дверь и галантным, пусть и слегка неуклюжим жестом, показал, что пропускает мастера отряда вперёд.

Та закатила глаза, недовольно цокнула и покинула вертокрыл. Остальные ткачи вышли следом за ней.

— Будьте осторожны, никаких глупостей, — Вауде уверенно входила в роль командира. — Дамиан, Яков, за мной.

Хорс посмотрел на штурмовиков, строящихся в две колонны, одна из которых во главе с Мартином тут же быстрым шагом замаршировала в сторону города, и поспешил догнать своих.

Дым над рекой, что протекала по правую руку, был настолько плотным, что вблизи больше походил на непроницаемую стену. Радовало лишь то, что он оставался строго над водой, не распространяясь на трассу, по которой уверенно шла вперёд троица ткачей. Логовом дикого прядильщика оказался старый сельскохозяйственный комплекс, скрытый за деревянным забором, из-за которого виднелись лишь ветхий амбар и мельница с поломанными крыльями.

Такими давно никто не пользовался, и Дамиан сделал вывод, что до Катаклизма здесь находилось что-то вроде музея. Вполне возможно, там найдётся и кузница с гончарной мастерской. Забор по мере приближения всё больше напоминал тот, который выставили вокруг своей базы изгои: в ход шло всё, что можно было прикрутить к двухметровым кольям, делая их из музейного экспоната реальной защитой. А ещё из-за него был слышен какой-то звук.

Сначала Хорс подумал, что не ошибся насчёт кузницы — в шуме стали прорезаться металлические нотки. Ещё через несколько шагов он уловил ритм и начал отщёлкивать его пальцами.

«Парам-пам-пам-пам… Пам!»

Это мелодию парень узнал бы из миллиона. Ошибки быть не могло. Прямо из лагеря дикого прядильщика играла песня «Безголового графа». Сам не отдавая себе отчёт, Дамиан начал щёлкать пальцами в такт музыке. Именно это соло он когда-то пытался безуспешно сыграть на гитаре. После него шла барабанная вставка, которую Фукс настукивал на консервных банках…

Вдруг лагерь взорвался криком толпы людей, подпевавших песне. Среди них особенно выделялся один голос. Сильный, харизматичный голос, которому в своё время пытались подражать сотни плагиаторов. Можно было лишь удивляться, что в музее древности оказалась настолько хорошая аппаратура, которая смогла передать всю глубину вокала бессменного лидера группы.