Читаем Радио Судьбы полностью

— Мало ли чего ты знаешь!

«Он ЗНАЕТ, ЗНАЕТ… Он ЗНАЕТ даже то…» Заткнись! Она облизнула внезапно пересохшие губы. В нижней снова всколыхнулась боль, и это вывело Риту из себя:

— Ты ни хрена не знаешь, понял? Я сейчас пойду и проверю!

Она осторожно — надо держать ухо востро, вдруг этот чертов идиот только и ждет момента, чтобы наброситься на нее? — скосила глаза в сторону ближайшего дома. И… поняла, что ей вовсе не хочется идти и проверять.

Распахнутая дверь выглядела, как злобный оскал. На окне висели вышитые занавески, и даже непременный цветок стоял на подоконнике, но само окно было разбито, и осколки стекла походили на ощерившуюся пасть.

Сердце у нее в груди отчаянно забилось, и в висках застучало…

Джордж встал с байка:

— Ну что? Хочешь, пойдем вместе?

— Не подходи ко мне! — завизжала Рита. Она почувствовала, как слезы покатились у нее по щекам. Она пока не плакала, но слезы уже вовсю катились, словно первые капли дождя, предвещая близкую грозу. — Не подходи! — повторила она шепотом.

Она вдруг поняла, что не знает, как ей быть, если Джордж приблизится: она не могла заставить себя сделать хотя бы шаг в сторону дома, но и оставаться на месте тоже было нельзя. Куда?

Она с тоской посмотрела на небо, словно ожидая помощи оттуда. Какой угодно помощи — будь то Глас Божий или вер толет.

— Не надо… Не надо… — всхлипывала Рита.

Ее острые плечи тряслись, как в лихорадке. Несчастная девушка была слишком измучена гибельным и — необычайно стремительным — ходом событий.

Рита в изнеможении опустилась на траву и закрыла лицо руками: единственное укрытие, куда она могла спрятаться.

Увидев этот трогательный детский жест, Джордж почувствовал забытое… почти незнакомое чувство. Его переполняла жалость к этой девчонке: она выглядела беспомощной куклой, которую треплет жизнерадостный щенок.

Он подошел к ней и опустился рядом на колени.

— Ну? Что ты? — Он коснулся ее руки, и Рита вздрогнула, будто его пальцы были раскалены докрасна.

Честно говоря, он не знал, как ее успокоить. Он был из тех мужчин, на которых женские слезы действуют, как красная тряпка на быка. Эта соленая влага выводила его из себя.

— Я… — Он обнял ее за плечи и прижал к груди. Нужных слов так и не нашлось.

И тут Рита громко, в голос, разрыдалась.

Лицо ее распухло от слез и от этого казалось Джорджу еще более привлекательным — глупость, в которую он никогда бы раньше не поверил.

— Откуда… Откуда… — с трудом пытаясь пробиться сквозь рыдания, спрашивала Рита, — откуда… ты… узнал про… ребенка?

Он не знал, что ответить. Он просто хмыкнул и снова пожал плечами.

Не стоило ей говорить. Потому что тогда ему придется сказать кое-что еще. Кое-что, что он тоже ЗНАЛ. Или — думал, что ЗНАЕТ.

У него было такое ощущение, будто кто-то подвесил весь мир на тонкой струне, эта струна дрожала и тихонько звенела, угрожая вот-вот лопнуть. А он стоял в стороне и спокойно наблюдал: лопнет? Или нет?

И что самое странное, и тот, и другой исход его устраивал.

Или не устраивали оба?

— Не плачь, девочка… Не плачь. — Он гладил ее по волосам, удивляясь, что его рука может проделывать такие штуки — быть аккуратной и даже… нежной, что ли?

Ну да, по-другому и не скажешь. Так он иногда поглаживал бензобак своего байка. Нет, пожалуй… Неожиданное чувство, проснувшееся в его душе по отношению к этой девчонке, было чуть-чуть теплее.

Джордж вздрогнул и с трудом заставил себя убрать руку, ему казалось, что он совершает маленькое предательство.

— Соберись, — сказал он с напускной грубостью. — Хватить разводить сырость. По-моему, нам не стоит рассиживаться. А? Как думаешь?

Рита кивнула. Она еще не могла связно ответить ему, но рыдания стали тише.

Конечно, это вовсе не означало, что она стала успокаиваться. У нее не было причин для того, чтобы успокаиваться. Ни одной. Но сидеть и плакать, ожидая, что вдруг… Она поежилась.

Страх… Он неотвязно преследовал ее. Ее сердце металось, как шарик от пинг-понга — то на одну, то на другую сторону стола — и никак не могло остановиться.

Кому-то нравилась эта игра. Кто-то забавлялся, глядя, как она дрожит.

— Я все-таки пойду посмотрю, что там, — сказал Джордж.

Он медленно поднялся, отряхнул джинсы. Внимательно осмотрел притихшие дома, пялившиеся на него пустыми глазницами окон…

— Пойду! — повторил он, пытаясь придать себе решимости. Он сделал шаг вперед и… почувствовал, как тонкие пальцы цепко ухватились за штанину.

— Не надо, — гнусавым от слез голосом произнесла Рита. Волосы облепили ее мокрые щеки, она была похожа на спаниеля, выбравшегося из воды, но… Все равно она казалась Джорджу красивой. Именно сейчас.

Он взял ее тонкое запястье и мягко, но уверенно отцепил руку.

— Рита… Надо выяснить, в чем дело. Понимаешь? Узнать, что здесь происходит. Чего нам следует ожидать. Я быстро. Ты просто сиди здесь и никуда не уходи. Я… сейчас.

Она смотрела на него расширившимися от ужаса глазами, казалось, до нее никак не мог дойти смысл его слов.

— Не ходи, — тихо сказала она.

— Успокойся. Все в порядке. — Он улыбнулся ей. Как мог. Улыбка вышла несколько натянутой, но все же это лучше, чем ничего.