Читаем Race Marxism полностью

Особый интерес представляет печально известная фраза "Arbeit macht frei" - "Работа делает свободным", которая была издевательски размещена над входами в некоторые нацистские лагеря смерти, прежде всего в Освенцим. Поскольку Гитлер фактически приравнивал марксистов (которых он ненавидел) к евреям (которых он ненавидел еще больше), и поскольку он, несомненно, хорошо понимал марксистскую идеологию, чрезвычайно вероятно, что эта фраза была помещена туда намеренно как насмешка над марксистской религией, которую нацисты приравняли бы к еврейской. Мысль звучала примерно так: "Если вы думаете, что работа освободит вас, давайте заставим вас работать до тех пор, пока вы не освободитесь (от своей жизни)". Однако то, что обе идеологии приписывают ценности труда особый духовный компонент, затрудняет принятие того, что это размещение было всего лишь язвительной и насмешливой иронией. Единственный возможный способ избавления евреев от еврейства - избавление их от жизни - также соответствовал бы расово-культурной работе, лежащей в основе нацизма. В этом отношении лозунг Критической расовой теории "делай работу" особенно уродлив и зловещ, пусть и непреднамеренно. В Критической расовой теории, конечно, когда все будут правильно выполнять расовую работу, мы освободимся от "превосходства белой расы" и обретем "расовую справедливость", но поскольку белые являются неотъемлемыми бенефициарами "белизны", здесь есть очень опасная линия убеждений, которой нет в "вульгарной" экономической теории Маркса.

Смысл этого раздела не в том, чтобы настаивать на том, что теоретики критических рас - нацисты. На самом деле, это не так. Они - расовые коммунисты, а коммунизм и нацизм, при всех их общих чертах, в целом несовместимы. Однако нельзя отрицать тот факт, что Критическая расовая теория вобрала в себя, случайно или намеренно (и можно доказать наличие элементов и того, и другого сразу), определенные идеологические жилы, представляющие некоторые из наиболее опасных нитей нацистской мысли. Их не следует ни преувеличивать, ни игнорировать. Не следует также игнорировать более серьезные параллели с нацистской идеологией в более широком, наднациональном, откровенно фашистском движении "Устойчивое развитие", управляемом "государственно-частным партнерством" (то есть технократическим фашизмом), которое включает и финансирует Критическую расовую теорию и ее инициативы в более широкий пакет "экологических, социальных и управленческих (ESG)" метрик и мышления. Впрочем, это тема для другой книги, поскольку она просто использует теорию критической расы как полезный инструмент для своих целей (в основном в рамках "социальной" парадигмы). Хотя обсуждение этого вопроса выходит за рамки данной книги, идеология, движущая этим движением, предполагает два широких класса людей. Высшая (технократическая, творческая) каста, назовем ли мы их Избранными, Элитой или Арийцами, будет освобождена от модели неокоммунизма по Критической Расовой Теории, но для поддержания "Устойчивости" (и предлога для системы социальных кредитов), низшие люди будут подвергаться ей, пока диалектическая алхимия не выровняет все диспропорции, чтобы полностью исключить возможность каких-либо низвергающих социальных волнений. Пока же она очень полезна как инструмент разделения и завоевания, а также морального прикрытия своих злоупотреблений. 199

 

О критической расовой теории и о том, откуда она взялась

В заключение этой довольно сложной пары глав, посвященных идеологическим корням Критической расовой теории, мы можем составить гораздо более глубокое и проникновенное представление о ее мировоззрении и методах. Помните, что мы начали с утверждения, что Критическая расовая теория - это примерно вера в то, что системный расизм является фундаментальным организующим принципом общества, и что это плохо и этому нужно противостоять. Теперь мы можем более полно понять, о чем идет речь, и расшифровать общую картину ее диалектического алхимического проекта.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Тильда
Тильда

Мы знаем Диану Арбенину – поэта. Знаем Арбенину – музыканта. За драйвом мы бежим на электрические концерты «Ночных Снайперов»; заполняем залы, где на сцене только она, гитара и микрофон. Настоящее соло. Пронзительное и по-снайперски бескомпромиссное. Настало время узнать Арбенину – прозаика. Это новый, и тоже сольный проект. Пора остаться наедине с артистом, не скованным ни рифмой, ни нотами. Диана Арбенина остается «снайпером» и здесь – ни одного выстрела в молоко. Ее проза хлесткая, жесткая, без экивоков и ханжеских синонимов. Это альтер эго стихов и песен, их другая сторона. Полотно разных жанров и даже литературных стилей: увенчанные заглавной «Тильдой» рассказы разных лет, обнаженные сверх (ли?) меры «пионерские» колонки, публицистические и радийные опыты. «Тильда» – это фрагменты прошлого, отражающие высшую степень владения и жонглирования словом. Но «Тильда» – это еще и предвкушение будущего, которое, как и автор, неудержимо движется вперед. Книга содержит нецензурную брань.

Диана Сергеевна Арбенина , Алек Д'Асти

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы
Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» — документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути — от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» — оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Финансы / Экономика / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес / Ценные бумаги