Читаем Раб государства полностью

«Хорошее и сплагиатить не зазорно» — парировала Сета, буквально на секунду проявляясь в поле зрения с высунутым на показ острым язычком.

Малолетняя любимая стервочка — в ответ подумал Костик.

* * *

Вечером вместе с Катаржинкой отправились к иссиня-черной — хорошего коньячка выпить, закусить, о делах своих скорбных покалякать[15], кое-что стребовать и якобы потрахаться. Агора, о чем-то грустно размышлявшая за бокалом вина, увидев в дверях своих апартаментов Костика, вспыхнула от радости сверхновой и, не обращая внимания на опрокинутую бутылку, ринулась навстречу. Повисла на шее и, отвлекаясь только на обслюнявливание, долго перечисляла все возможные синонимы прилагательного «любимый». Костик мужественно терпел, но потом, осознав, что это может затянуться надолго, подхватив на руки, вернул на сидячее место. Там, заткнув жарким поцелуем — на какие только жертвы ради прекращения этого словоблудия не пойдешь! — дал начальнице немного задохнуться и только потом отпустил. Приподнял еще не убранную — дроид-уборщик уже заканчивал выводить пятно на ковровом покрытии — бутылку, сморщился и заявил: — Давай-ка подруга по коньячку, что ли, вдарим.

Женщина, кивнув мимоходом устраивающейся рядом Катаржине, отдала команду через нейросеть сервисному дроиду и, притянув руку парня, положила на свой живот.

— Мальчик будет. Я сегодня комплексную диагностику прошла. Сказали, все там хорошо, — потом, бросив взгляд на стол, извинилась. — Прости, что початая, но такого хорошего на станции больше нет. Я уже заказала, но пока доставят.

Передвинула второй снифтер девушке: — Мне крепкого уже нельзя, упаси джоре маленькому навредить.

Совершенно спокойно посмотрела, как они с Катаржиной чокнулись, не торопясь выпили, выразили свое непритворное восхищение выражениями на лицах, закусили. Костик привычно горьким шоколадом, а девушка маленьким бутербродом с зеленой икрой знаменитой в Минматарском королевстве рыбы-убийцы.

Только потом Агора спросила:

— Милый, я знаю о нереальном снижении сроков. Справишься? От этого теперь зависит и его жизнь, — вновь притянула мужскую руку, еще сильней прижав ее к низу своего живота.

— Очень тяжело придется, на самой грани, но деваться-то все равно некуда, — ответил с очень серьезным видом. — Кстати, — выдрал руку и указал на Катаржину, — скажешь ее начальнику, что я забираю этого техника. Мне нужны консультации по оборудованию крейсера, чтобы лишний раз не лезть в базы и так до предела загруженным мозгом. И, — оценивающе посмотрел на девушку, опять поморщился, — давай поменяем ей комбинезон на соответствующий новому статусу.

Агора, похоже, теперь была согласна на все, что угодно. Безропотно вывела на экран ряд комбезов для технического состава флота империи. В этот раз Костик выбрал не самый дорогой, хотя все равно из верхней ценовой категории, но тот, который с его точки зрения был лучше по ТТХ. А потом еще и добавил: — Мне нужна такая же сменка, — провел рукой по своей груди, — при нынешней нагрузке одного не напасешься.

Иссиня-черная вновь замерла, уйдя в себя, потом вымученно улыбнулась: — Есть. Последний на складе твоего размера.

Константин благодарно прижался к ней губами, демонстративно, так чтобы негра видела, отмахивая Катаржине, мол, уходи. Дождался исчезновения из апартаментов ехидно улыбающейся девушки, прервал поцелуй и распорядился: — Пусть доставят оба комбеза в мою каюту.

Проследил за исполнением приказа и усыпил женщину через нейросеть. Отнес в спальню, раздел, уложил в постель, укрыл тонким одеялом, а потом вместе с Сетой долго сочинял фантастическую сексуальную оргию для двоих. Загонял в память негре уже сам под строгим контролем нейросети джоре — для тренировки в мастерстве ментооператора надо было использовать любые возможности.

* * *

В каюте Катаржина уже крутилась перед зеркалом — использовала для этого огромный экран — в новом комбезе, подгоняя по фигуре и загоняя в память нейросети различные варианты расцветки с отделкой.

Увидев Костика бросилась на шею почти как иссиня-черная и одарила жарким поцелуем: — Спасибо братик. Никак не ожидала такого подарка. И как я тебе? — провернулась вокруг себя, картинно вскинув руки.

— Неотразима, — не особо лукавя, ответил, уже направляясь мыть руки. Вспомнил, как Катюшка, а несколько позже и Маришка вот также кружились перед ним в новых нарядах, требуя оценки с похвалой, и тяжело вздохнул.