Читаем Пылающие души полностью

Она встала и обнаружила, что ее ноги дрожат, как молодые сосны на ветру. Укрыв мать стеганым одеялом, Джулия бросилась вон, не оглядываясь. Все кончено. Больше у нее нет матери. Надо сделать рывок в будущее – так, как Дерек рухнул в морские воды, кишащие акулами. Завтра будет новый день. Джулия просила только об одном – о чем, должно быть,

молился Дерек в краткую долю секунды между жизнью и смертью: дать ей шанс – всего лишь один шанс – победить страх перед неизвестностью.

В коридоре тускло горели фонари. Джулия не позволяла себе в последний раз оглядывать дом, в котором родилась и выросла.

За стенами дома бушевал декабрьский ветер, пронизывающий до костей. Рождество наступило и прошло почти незамеченным. Несколько соседей заехали навестить Джулию, поделиться домашними лакомствами и попрощаться с ее матерью, которая уже никого не узнавала. Возможно, в следующем году Рождество будет совсем другим, с надеждой думала Джулия, шагая в темноту. Ее близкие соберутся за столом, будут петь и смеяться, не вспоминая о недавних горестях…

Она миновала амбар и хлев и по узкой тропе направилась к кладбищу. Ночь была безлунной, поэтому Джулия шла наугад, полагаясь на память. По этой тропе она ходила бесчисленное множество раз, и все-таки то и дело оступалась, натыкалась на колючие кусты, теряя драгоценное время.

Внезапно она услышала жалобный крик козодоя. Майлс! Такой сигнал они подавали друг другу еще в детстве, когда Майлс прятался в лесу, чтобы избежать наказания за какой-нибудь проступок. Тем же криком Джулия подзывала брата к себе, сообщая, что вокруг никого нет. Вот и сейчас она ответила на призыв, и тут же из-за ближайшего дерева выступила темная фигура. Майлс схватил ее за руку и прошептал:

– Все хорошо, Джулия. Мы готовы.

– Майлс… – прошептала она, чувствуя, как сердце обливается кровью от жалости к брату.

Майлс за руку повел ее за собой, но через несколько шагов остановился и с досадой сказал:

– Прошу тебя, ничего не говори. Знаю, ты сочувствуешь мне, потому что я не смог повидаться с мамой, но тут уж ничего не поделаешь. Я и без того рисковал, задержавшись в этих местах. Это промедление могло стоить мне жизни.

На кладбище надгробные камни отчетливо белели в темноте, словно стража на могилах.

– Повозка где-то здесь, – произнес Майлс еле слышно. – Я насилу уговорил Сару и Лайонела дождаться нас – ты же знаешь, негры боятся бывать на кладбище, особенно по ночам. Они чересчур суеверны… – Он остановился и растерянно огляделся по сторонам.

Джулия испугалась.

– Майлс, в чем дело? – воскликнула она.

– Ничего не понимаю. Я оставил их здесь, у чугунной ограды могилы дедушки Маршалла, и велел им не сходить с места. Выведя мулов с кладбища, мы должны были забраться в повозку и как можно быстрее двинуться прочь отсюда. Я еще поддразнивал Сару и Лайонела, уверяя, что они не дождутся нас, а теперь мне что-то не по себе…

Майлс позвал сначала Лайонела, затем Сару.

– Проклятие! – выругался он. – Я простоял за деревом около часа, ожидая тебя, но не слышал ни звука. Черт возьми, куда они подевались? – Он переминался с ноги на ногу, всем видом выражая отчаяние и гнев.

Джулия с трудом сглотнула. Страх сдавил ее горло, началась дрожь. Слуги не могли бросить хозяев. Сара и Лайонел преданы как собаки. Случилось что-то другое… ужасное. Чутье ее не обманывало.

Коснувшись руки Майлса, она робко произнесла:

– Может быть, тебе вернуться в убежище? А я побуду с мамой. Напрасно я бросила ее одну. Жить ей осталось совсем недолго. Мы встретимся с тобой попозже.

– Нет! – яростно перебил Майлс. – Я не пущу тебя к Вирджилу Оутсу. В доме что-то происходит – я не знаю, что именно, просто у меня нехорошее предчувствие. – Слегка смягчившись, он добавил: – Джулия, я понимаю: тебе больно оставлять маму умирать в одиночестве, но Сара сказала, что она ничего не узнает и, вероятно, не переживет эту ночь.

Джулия вздохнула и пробормотала:

– Ты прав, но нельзя просто стоять здесь и ждать. Прошу тебя, спрячься, а я попытаюсь узнать, что случилось с Сарой и Лайонелом. Может быть, они испугались и отъехали подальше от кладбища.

Майлс не шелохнулся, и Джулия ободряюще обняла его.

– Майлс, другого выхода нет. Не волнуйся за меня. Вирджил вернется из города только утром. Завтра мы предпримем еще одну попытку…

Он недовольно вздохнул, признавая правоту сестры:

– Ну хорошо. А ты найдешь дорогу к дому? Джулия закивала.

– Завтра я пришлю тебе весточку. Я сегодня же разыщу Сару, если она осталась дома, и узнаю, что напугало ее.

Майлс наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, и в этот миг ночную тишину разорвал треск сломанной ветки. Майлс мгновенно заслонил собой Джулию и обернулся в ту сторону, откуда донесся звук.

– Не шевелись, – прошептал он так тихо, что Джулия с трудом разобрала слова. Их заглушал громкий стук сердца.

Из-за деревьев выступили темные фигуры и стали приближаться, окружая Майлса и Джулию со всех сторон. Вспыхнули фонари. Кладбище озарил неземной свет, придающий неизвестным сходство с призраками из сказок, которыми в детстве Лайонел пугал Джулию.