Читаем Путин полностью

Еще одна задача – она считалась как бы второстепенной – сбор информации о том, как ведут себя наши друзья – восточные немцы. Но этим следовало заниматься очень осторожно. Вербовать граждан социалистической страны, заниматься конспиративной деятельностью строжайше запрещалось. Запрет обходили: вербовка не оформлялась, а недостатка желающих поделиться информацией с советскими товарищами не ощущалось.

Ситуация в ГДР, правда, несколько отличалась от положения в других европейских социалистических странах (за исключением Румынии и Югославии). Член Политбюро ЦК Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) и министр государственной безопасности ГДР Эрих Мильке считал себя лучшим другом Советского Союза, но пресекал попытки товарищей по партии наладить столь же близкие отношения с посланцами Москвы.

Эрих Мильке покровительственно, а иногда пренебрежительно относился к сотрудникам представительства КГБ, особенно к тем, кто не знал немецкого языка, поучал их, объяснял, как надо работать.

В последние годы существования ГДР внутри разведывательного аппарата представительства КГБ была сформирована оперативная группа, которая полностью сосредоточилась на анализе положения дел внутри Восточной Германии. В группу, насколько мне удалось выяснить, включили разведчиков, которые не были официально представлены немцам как сотрудники комитета – то есть тех, кто работал под журналистским или коммерческим прикрытием. Впрочем, руководство разведки этого никогда не подтверждало.

– Не возникало необходимости в создании такой группы, – сказал автору этой книги генерал-майор Виктор Георгиевич Буданов, который был первым заместителем главы представительства КГБ СССР в ГДР. – Мы делали то, что было необходимо, но никогда не раскрывали восточным немцам до конца нашу работу. И они поступали точно так же, к сожалению. Это более всего проявилось в последние годы. Мы не обязаны были им докладывать о том, что делаем. Более того, был период, когда у нас появились подозрения, что они за нами следят.

Возникает законный вопрос: а зачем, интересно, немецким друзьям понадобилось следить за своими старшими братьями, советскими разведчиками? Генерал Буданов ответил на него так:

– Потому что немцы опасались, что мы будем работать с их людьми. Понимаете ситуацию? Естественно, они всегда этого боялись – и не без оснований – и предприняли определенные меры. Но то, что мы делали, не являлось нарушением соглашений, которые были подписаны между КГБ и МГБ, о статусе представительства комитета в Берлине…

Восточные немцы, тем не менее, были недовольны. В отместку подлавливали советских чекистов на разных проступках. Например, если кто-то увлекался выпивкой или заводил роман на стороне, немецкие братья с удовольствием доносили об этом в советское посольство и радовались, когда незадачливого сотрудника КГБ в двадцать четыре часа отправляли домой.

Немецкие чекисты следили не только за своими советскими коллегами, но даже и за советским послом. Этим занимался сам министр госбезопасности ГДР Эрих Мильке.

Бывший советский посол в ГДР Вячеслав Иванович Кочемасов описывал, как это происходило:

– Я знал, когда меня Мильке взял на карандаш, когда перестал это делать. Вначале он следил за каждым моим шагом. Он в каждый конкретный момент был в курсе, где я нахожусь. Еду в Вюнсдорф, в ставку нашей группы войск, – он точно знал, куда и к кому я еду, сколько там пробыл, когда вернулся в Берлин. Один раз Мильке даже похвалился тем, что он все знает обо мне. Поэтому я был с ним очень осторожен. У него были свои методы наружного наблюдения, это была сложнейшая система, дорогой мой! Надо было поискать такую разведку и контрразведку, как в ГДР.

Слежка за советским послом не смутила Москву. К восьмидесятилетию министру госбезопасности Эриху Мильке присвоили звание Героя Советского Союза. У него было шесть орденов Ленина. Мильке очень ценили в КГБ. Он начинал еще в тайном военном аппарате довоенной компартии Германии. В 1931 году молодой член партии Эрих Мильке в составе боевой группы коммунистов участвовал в нападении на полицейский патруль в Берлине. Двое полицейских в звании капитана были убиты, третий – вахмистр – ранен. Мильке вывезли в Советскую Россию. С тех пор он тесно сотрудничал с НКВД.

– Какое впечатление производил министр? – поинтересовался я у Кочемасова.

– Мильке-то? – переспросил Вячеслав Иванович. – Из тех, кто глазом не моргнет и сделает то, что нужно: как говорится, исходя из интересов государства. Человек был крепкий…