Читаем Путем чая. Путевые заметки в строчку и в столбик полностью

Процедура оказалась несложной – развести костер, плеснуть в него спирт и сказать: «Простите нас, духи». Разумеется, я не верю ни в менквов, ни в старуху Танвар-Пекву, ткущую платье из детских жил. Но со своим уставом в чужой монастырь… Мы ведь и вправду здесь на птичьих правах – лучше эти права не качать. И хотя обряд казался сомнительным, я в свою очередь извинился перед местной нечистью.

Следующий персонаж, с которым нас свело течение Лозьвы, был как две капли похож на своих предшественников: пузатый человек в наколках, задумчиво жующий тростинку, сидя на берегу. Но, как известно, Бог избегает повторов. В ответ на наш вопрос о пещере пузатый человек процедил «ну-ну…» и удалился куда-то в ивняковые заросли. А вернувшись через три минуты, угрюмо сказал: «Прогуляемся… Вас старший видеть желает». Это двусмысленное приглашение заставило насторожиться даже бывалого Влада: «А вы кто вообще будете?» – «Мы-то? Геологи, в общем».

На поляне, куда нас привел лаконичный «геолог», мы увидели ни много ни мало настоящее стойбище сибирского хана. Богатые шатры, дымящиеся костры, разостланные оленьи шкуры и прочий хабар. За большим деревянным столом, на котором лежали самодельные карты, сидела банда «Черная кошка» – ровно такая, какой ее изобразили авторы приснопамятного фильма. Даже голос у «старшего» был точь-в-точь как у Джигарханяна.

– Пещерку, говоришь, ищешь? – Горбатый обратился на «ты» ко всем сразу. – А зачем тебе пещерка?

– Мы изучаем культуру манси, ищем мансийское святилище.

– А чего это вы мансей изучаете? – встрял в разговор Промокашка.

– Да не русских же изучать, – ответил за нас атаман. – Про русских и так все известно. А на Отортене были?

– Да, прошлым летом были, нас там Семеныч приютил, – нашелся Влад.

– Ишь ты, и Семеныча знаешь… Ну ладно. А я вас проведу к вашим мансям. Есть у них такой поселок Лепля, слыхали, может? Вот туда и проведу. Только вы сначала на меня поработаете.

– А в чем работа?

– Пробы у меня отмывать будете. Это работа мужская, по пятнадцать часов в сутки. Леночек своих тут оставите.

– А оборудование?

– Это я всё снабжу, не волнуйся.

– А ружье можно будет с собой взять? – набивал цену Султаныч.

– Это зачем?

– Я егерь, на медведя хожу.

– Медведку ты не трожь. – Горбатый смерил Султаныча недобрым взглядом. – Медведка тоже человек. Ты лучше зайчиков себе постреливай…

Последняя реплика прозвучала как сигнал: притихшие геологи один за другим встали из-за стола; мы повернулись, чтобы уходить. «Они что, Золотую Бабу, что ли, ищут?» – шепнула мне Алла.

– Ладно, телефончик я оставлю. Заинтересуешься работой – позвонишь, – сказал Горбатый, продолжая обращаться к коллективному «ты». – А пещерку твою я тебе укажу. Она на том берегу, метров триста отсюда.

Мы вышли на берег в сопровождении всей свиты. Выстроившись в ряд, они с любопытством следили за тем, как мы отвязываем катамаран, рассаживаемся по краям и готовимся грести против течения. Казалось бы, триста метров – раз плюнуть. Но – то ли мы ослабели за день, то ли присутствие зрителей давило на психику – мы никак не могли вырулить к противоположному берегу, и течение сносило нас раз за разом. «Да, ё-мое, они же на нас смотрят, мы позоримся, как салаги! – не вытерпел Влад. – А ну все налегли на весла… раз… раз… Яны Пуки, блин…» С берега уже доносились смех и радостное улюлюканье.

По дороге к святилищу мы набрели на огромный выворотень. Под болтавшимися в воздухе корнями упавшего дерева валялись кости жертвенных животных. Наташа бережно складывала кости в полиэтиленовый пакет: по приезде их передадут на экспертизу свердловским палеонтологам. Влад и Султаныч орудовали скребками. Странно говорить о палеонтологии и археологии, собирать какие-то черепки, когда те, за чьими артефактами ты охотишься, еще живы. Пора возвращаться домой. Открывать блокнот и записывать довольно очевидную мысль о том, что все эти раскопки – не воскрешение прошлого, а поторапливание настоящего, и так уже готового целиком превратиться в пересказ или в экспонат, в музейный предмет неизвестного предназначения.

Краткая хронология

Середина 1-го тысячелетия н. э. – освоение Приуралья угорскими кочевниками, смешение с уральскими племенами. Угры, участвовавшие в разграблении Рима Аларихом, привозят на Урал Золотую Бабу.

IX–XI вв. – выделение фратрий Пор-Махум и Мось-Махум. «Мифологическая» история: Терн-Сатнял-Хум-Отыр строит город-крепость Ломбовож на Сосьве. Первые новгородские походы в Каменные ворота.

XII–XIII вв. – образование вогульских княжеств. Войны с коми-зырянами и селькупами; развитие пушного промысла.

1193 – пятинедельная осада Югорского городка новгородцами.

1241 – победа вогулов над туменами хана Батыя.

XIV в. – неоднократные походы новгородцев на Югру (1323, 1329, 1364). Великий Новгород и Тюменское ханство попеременно пытаются подчинить вогулов.

1389 – миссионер Стефан Пермский уничтожает капища Золотой Бабы.