Читаем Путь зла полностью

Изучая данный феномен, Джордж Гербнер со своими коллегами в рамках Проекта исследования культурных признаков, осуществлявшегося в Пенсильванском университете, разработали теорию культивирования. Одним из основных ее положений является так называемая унификация (mainstreaming) — направление взглядов людей на социальную реальность в единое русло. Осуществляется она благодаря длительному, экстенсивному, многократному воздействию СМИ (прежде всего телевидения) на читателей и зрителей, в процессе которого определенно подобранные «факты» последовательно внедряются в сознание людей. В качестве отпечатков, остающихся в памяти после просмотра телепередач, эти факты остаются в памяти людей «в целом автоматически». Затем на основании этой сохраненной информации происходит непосредственное конструирование в массовом сознании определенного образа действительности. Когда он согласуется с реальным миром, происходит резонанс и эффект культивирования усиливается [85, с. 47].

Всякие утверждения о том, что обыватель способен отличить на экране телевизора действительное отложного, опровергаются исследованиями западных ученых. «Джордж Гербнер и его коллеги провели наиболее обширный анализ современного телевидения. С конца 1960–х годов эти исследователи записывали на видеопленку и тщательно анализировали тысячи телевизионных программ и персонажей, показываемых в прайм–тайм. Их выводы в целом показывают, что мир, рисуемый телевидением в качестве образа реальности, вводит зрителя в глубокое заблуждение. Более того, это исследование дает повод предполагать, что мы с поразительной доверчивостью воспринимаем увиденное на телеэкране как отражение реальности» [83, с. 95]. При этом Уолтер Липпманн в своей книге «Общественное мнение» утверждает, что ««картинки в наших головах», заимствованные из массмедиа, влияют на то, как люди будут говорить и поступать в каждый конкретный момент» [83, с. 95]. В связи с этим профессоры психологии Аронсон и Пратканис в своей книге — «Эпоха пропаганды» делают вывод, что «цель современной пропаганды все чаще состоит не в том, чтобы информировать и просвещать человека, а скорее в том, чтобы подталкивать массы к желательной позиции или точке зрения» [83, с. 31]. Естественно, «желательной» с точки зрения власть имущих. А поэтому, по их мнению, «средства массовой коммуникации действительно оказывают влияние на некоторые из наших наиболее существенных убеждений и мнений…» [83, с. 45].

Конструируя виртуальный образ мира и при помощи средств массовой коммуникации внедряя его в сознание масс, манипуляторам удается перестраивать реальный мир в соответствии с этим придуманным образом. «Исследование, проведенное Марком Снайдером,.Эллен Декер Тэнк и Эллен Бершайд, показывает, как наши ярлыки и концепции реальности в самом деле могут менять эту реальность» [83, с. 92]. Поясняют данный феномен Аронсон и Пратканис следующим образом: «Слова и ярлыки, которыми мы пользуемся, определяют и создают наш социальный мир. Это определение реальности направляет наши мысли, наши чувства, наше воображение и таким образом влияет на наше поведение» [83, с. 93].

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Черная Книга
Черная Книга

"В конце 1943 года, вместе с В. С. Гроссманом, я начал работать над сборником документов, который мы условно назвали "Черной Книгой". Мы решили собрать дневники, частные письма, рассказы случайно уцелевших жертв или свидетелей того поголовного уничтожения евреев, которое гитлеровцы осуществляли на оккупированной территории. К работе мы привлекли писателей Вс. Иванова, Антокольского, Каверина, Сейфуллину, Переца Маркиша, Алигер и других. Мне присылали материалы журналисты, работавшие в армейских и дивизионных газетах, назову здесь некоторых: капитан Петровский (газета "Конногвардеец"), В. Соболев ("Вперед на врага"), Т. Старцев ("Знамя Родины"), А. Левада ("Советский воин"), С. Улановский ("Сталинский воин"), капитан Сергеев ("Вперед"), корреспонденты "Красной звезды" Корзинкин, Гехтман, работники военной юстиции полковник Мельниченко, старший лейтенант Павлов, сотни фронтовиков.Немало времени, сил, сердца я отдал работе над "Черной Книгой". Порой, когда я читал пересланный мне дневник или слушал рассказ очевидцев, мне казалось, что я в гетто, сегодня "акция" и меня гонят к оврагу или рву..."Черная Книга" была закончена в начале 1944 года. Наконец книгу отпечатали. Когда в конце 1948 года закрыли Еврейский антифашистский комитет, книгу уничтожили.В 1956 году один из прокуроров, занятых реабилитацией невинных людей, приговоренных Особым совещанием за мнимые преступления, пришел ко мне со следующим вопросом: "Скажите, что такое "Черная Книга"? В десятках приговоров упоминается эта книга, в одном называется ваше имя".Я объяснил, чем должна была быть "Черная Книга". Прокурор горько вздохнул и пожал мне руку".Илья Эренбург, "Люди, годы, жизнь".

Суцкевер Абрам , Трайнин Илья , Овадий Савич , Василий Ильенков , Лев Озеров

Документальная литература / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза