Читаем Путь вперед полностью

В то время учреждения банковской системы Малайзии не заботились о том, чтобы способствовать социально-экономическому развитию страны, играть какую-либо роль в реструктуризации общества, — банки были чисто кредитными учреждениями. За исключения Бэнк Мэлэй (Bank Malay), который был создан, чтобы облегчить малайцам доступ к капиталу, банки не считали себя обязанными предоставлять кредиты бизнесменам-малайцам, стремившимся развивать свое дело. Такие учреждения как «Народный доверительный совет» (МАРА — Maj1is Amanah Rakyat), который пришел на смену Управлению индустриально-аграрного развития (Rural Industrial Development Authority), концентрировались исключительно на развитии мелкого бизнеса, и не были способны обеспечить участие малайцев в развитии главных отраслей экономики.

Цели НЭПа были очевидны, методы и пути их достижения — нет. В то время в мире еще не существовало модели, которую бы правительство Малайзии могло взять в качестве примера. Практики «позитивной дискриминации» в США еще не существовало Поэтому правительству Национального фронта приходилось карабкаться по непроторенному пути, совершая множество дорогостоящих ошибок.

Реструктуризация общества с целью достижения равенства и справедливости.

Реструктуризация малазийского общества, цель которой состояла в установлении равенства и справедливости, не была чем-то новым. Многие западные идеологи и революционеры пытались изменить общество в своих странах, чтобы, как им казалось, покончить с неравенством и несправедливостью. Карл Маркс, Фридрих Энгельс и другие идеологи XIX столетия создали коммунистическую и социалистическую идеологию. Эти западные мыслители считали, что общество, в котором они жили, было несправедливым ввиду эксплуатации рабочих богатыми капиталистами. Последние использовали свой капитал, чтобы накапливать огромные богатства, в то время как рабочие получали зарплату, которая едва позволяла им сводить концы с концами.

В XIX столетии промышленная революция привела к фундаментальным изменениям в большинстве стран Западной Европы: на смену средневековому феодальному аграрному обществу пришло поляризованное общество, в котором кучке богатых капиталистов противостояла масса бедных рабочих. Западные мыслители полагали, что, если бы государство владело промышленными предприятиями и землей, контролировало «средства производства», как они их называли, то вся прибыль от их использования также принадлежала бы государству, которое обеспечивало бы ее равномерное распределение среди рабочих. С целью претворения марксистского идеала в жизнь коммунисты насильственно экспроприировали собственность капиталистов, а социалисты использовали менее радикальные средства, прибегая к национализации и налогообложению собственности имущих классов.

Ни коммунизм, ни социализм никогда не привлекали правительство Малайзии, а потому ни Советский Союз, ни послевоенная Великобритания не рассматривались в качестве подходящих моделей переустройства общества с целью ликвидации нищеты и расовой дискриминации в сфере экономики. Поэтому правительству Малайзии пришлось сформулировать свою собственную политику. Вполне очевидно, что правительство не могло найти идеальные решения сразу и наделало немало ошибок, за которые его подвергали критике со всех сторон. Тем не менее, правительство проявило настойчивость в формулировании новых политических мер и инициатив, призванных обеспечить успех НЭПа.

Для того чтобы малайцы могли играть равноправную роль в экономической сфере, им был необходим не только капитал и благоприятные условия для ведения бизнеса, но и необходимые для этого образование и навыки. Получение необходимого образования и квалификации требует времени, а НЭП был рассчитан только на 20 лет. За это время необходимо было добиться некоторых четко определенных целей, включая и новые пропорции распределения «экономического пирога». Несмотря на то, что малайцы составляли 56 % населения, их доля в национальном богатстве страны, составлявшая 2.4 %, должна была увеличиться лишь до 30 %. В то же самое время, доля немалайцев должна была вырасти с 34.3 % до 40 %, а доля иностранцев — уменьшиться с 63.3 % до 30 %.

Чтобы выйти на эти рубежи в течение 20 лет, малайцам следовало как можно быстрее заняться бизнесом, в том числе — крупным бизнесом. Правительству следовало незамедлительно приступить к осуществлению практики «позитивной дискриминации», которая использовалась в США с целью оказания помощи чернокожим американцам и американцам испанского происхождения. (Прим. пер.: «affirmative action» — система льгот, введенных президентом США Линдоном Джонсоном (Lindon Johnson) в 1965 году, призванная облегчить представителям расовых и национальных меньшинств получение высшего образования, трудоустройство, ведение предпринимательской деятельности и т. п.) Правительственные контракты, лицензии и специальные льготы предоставлялись малайцам, которые пытались заняться теми видами бизнеса, которые прежде были монополизированы китайцами или иностранцами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт