Читаем Путь вперед полностью

В пяти малайских государствах, не входивших в состав Федерации, султанам удалось убедить англичан принимать малайцев на работу в правительственные органы, что позволило убедительно продемонстрировать, что малайцев вполне можно было подготовить, по крайней мере, для выполнения административных и канцелярских функций. Но в органах колониальной администрации Федерации малайских штатов и Стрейтс-Сетлментс малайцы работали, практически, только шоферами и курьерами. (Прим. авт. :Малайские штаты, входившие в Федерацию: Селангор, Перак, Негри-Сембилан и Паханг, были сведены вместе в федерацию британских протекторатов в 1896 году, и реальная власть в этих государствах принадлежала британскому генерал-резиденту. Малайские штаты, которые не входили в Федерацию: Джохор (Johor), Кедах, Перлис (Perlis), Тренгану (Terengganu) и Келантан, оставались вне рамок этой колониальной Федерации, хотя к 1914 они попали под прямое влияние англичан.)

Несмотря на то, что в стране имелось несколько правительственных школ для неевропейского населения, студентов-малайцев в них было куда меньше, чем студентов-немалайцев. Китайцы и индусы придавали образованию детей куда больше внимания, чем малайцы, многие из которых неохотно посылали на учебу своих детей, которые помогали им в поле и по дому. Большинство малайских мальчиков получало лишь начальное образование, а большинство малайских девочек вообще не посещало школу. Уровень обучения в правительственных школах для малайцев всегда был очень и очень низким, подготовка учителей плохой, а их профессиональная квалификация - невысокой. Кроме того, малайцы подозрительно относились к школам, основанным иностранцами, в которых не изучался Коран. В школах, основанных различными христианскими миссиями, малайцы-мусульмане активно подвергались дискриминации.

Объективности ради, там, где дело касалось выделения стипендий, англичане проводили дискриминационную политику и против тех немалайцев, которые не являлись христианами. Изучение Святого Писания являлось одним из обязательных предметов для всех студентов, посещавших школы при христианских миссиях. В рамках британской колониальной политики сыновья малайских аристократов и члены малайских королевских семей направлялись для получения образования в Англию. Мало кто из них получил действительно ценные университетские дипломы, зато многие в ходе обучения оторвались от своих культурных корней. Они пытались, насколько это было возможно, воспринять британский и европейский образ жизни.

В штатах Саравак и Северном Британском Борнео (ныне штат Сабах), при христианских миссиях действовали школы, которые активно занимались обращением населения в христианскую веру. Хотя это и позволяло коренным жителям немалайского происхождения, которые не являлись мусульманами, получить какое-то начальное образование, англичане не прилагали каких-либо усилий, чтобы дать малайцам среднее или университетское образование. В результате, ко времени провозглашения независимости успехи коренных жителей штатов Саравак и Сабах в сфере образования были еще скромнее, чем у малайцев с Малайского полуострова, - людей с университетским образованием среди них практически не было.

Хотя политика, проводившаяся англичанами по отношению к коренным жителям Малайи, Саравака и Сабаха, была более тонкой, чем та политика, которую проводили белые европейские поселенцы по отношению к краснокожим индейцам Северной Америки, она была столь же дискриминационной. Попытки англичан призвать на помощь немалайцев в процессе колонизации частично объяснялись пониманием того, что управлять некоренным населением в чужой для него стране будет легче, чем местным населением. Немалайцы были поначалу дезориентированы, они всегда опасались возможной депортации или перспективы остаться без работы в чужой стране. На родине у них не было хорошей работы, там они едва сводили концы с концами, уровень жизни в новой стране, был, как правило, выше. Некоторые из них хотели вернуться обратно, но уже после того, как накапливали какой-то капитал. Все эти факторы делали пришельцев послушными, старательными и трудолюбивыми, они не хотели, чтобы колониальные хозяева отказались от их услуг. В сегодняшней Малайзии мы наблюдаем нечто похожее среди иностранных рабочих: ими легче управлять, производительность их труда выше, чем у многих местных работников; они редко жалуются на низкий уровень заработной платы. Поэтому работодатели обычно предпочитают нанимать иностранных рабочих, а не местных жителей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Палеолит СССР
Палеолит СССР

Том освещает огромный фактический материал по древнейшему периоду истории нашей Родины — древнекаменному веку. Он охватывает сотни тысяч лет, от начала четвертичного периода до начала геологической современности и представлен тысячами разнообразных памятников материальной культуры и искусства. Для датировки и интерпретации памятников широко применяются данные смежных наук — геологии, палеогеографии, антропологии, используются методы абсолютного датирования. Столь подробное, практически полное, обобщение на современном уровне знания материалов по древнекаменному веку СССР, их интерпретация и историческое осмысление предпринимаются впервые. Работа подводит итог всем предшествующим исследованиям и определяет направления развития науки.

Александр Николаевич Рогачёв , Зоя Александровна Абрамова , Павел Иосифович Борисковский , Николай Оттович Бадер , Борис Александрович Рыбаков

История