Вместо этого принц ринулся в бой, вооружившись Люминистиллом в одной руке и хлыстом некроэнергии в другой. Причем, попрактиковавшись, он научился раздваивать светящийся зеленым кнут, управляя каждым из жгутов по отдельности. До совершенства владения было еще далеко, но подправить направление полета или заставить конец обвиться вокруг цели Никаниэль уже мог.

В результате операции погибло шесть членов банды и еще двое получили серьезные раны. Не взирая на мольбы, их добили, чтобы не возиться.

Но зато и добыча получились под стать. Не считая трофейного оружия, лошадей и фургонов, среди товаров обнаружились дорогие ткани, одежда, еда, вино, специи, масло для ламп и даже немного толченого тилуна, который Ник весь забрал себе, и никто не посмел с ним спорить.

К тому же принц заполнил некроэнергией еще несколько пластин своей брони, на обратной стороне которых он лично выбил необходимые руны. Теперь Ник мог не бояться, что магия смерти иссякнет в самый неподходящий момент. Хотя куда ее столько девать эльф не знал. Но, как говорится, прикорми кендера — и однажды он поделится с тобой золотым колье.

С лошадьми и фургонами скорость передвижения банды заметно выросла. Но не на долго. Под видом торговцев продав часть улова в каком-то крупном городе, им пришлось бросить все остальное и спасаться бегством. В мрачного вида личностях опознали разбойников и натравили стражу. Никаниэль же вообще в эти процессы не вмешивался, каждый раз оставаясь с частью людей в ближайшем лесу.

Но даже так его мрачная слава и слухи о «Призрачной плети» намного опережали продвижение сам о й шайки и ширились подобно степному пожару. После уничтожения пары деревень, решивших дать им отпор, разбойников встречали или опустевшие брошенные дома или покорные и готовые ко всему местные жители. Они знали — если главаря не гневить, просто так убивать никого не будут. А что до остального… такова уж жизнь.

Города же и вовсе запирали ворота и ощетинивались всем возможным метательным оружием. Правда, как-то раз, после череды неудач, когда запасы провизии подходили к концу, а новые взять было негде, Ник Глыбой пробил стену небольшого городка, заодно сметя и жалких четверых лучников, вышедших на защиту.

Тогда разбойники знатно повесились, а город сожгли.

За это местный король пообещал кошель серебра тому, кто принесет голову вожака «Призрачной плети», а их самих до с а мой границы преследовала армия.

Дважды принцу приходилось менять курс, сходя с прямого пути, ведущего на запад. В первый раз, когда Шило с Вуфом заблаговременно обнаружили место крупной концентрации демонов. Твари сразу нескольких видов уничтожили совсем не маленький город и прямо таки наводнили близлежащие земли. Никаниэль логично рассудил, что его это не касается, и приказал обойти рассадник зла, сделав значительный крюк на север.

Еще раз его вынудил совершить похожий маневр король Кутбурт Лиамтаз, выставив на пути следования банды армию, превосходившую их по численности раз эдак в пятнадцать. А когда понял, что его оставили с носом, еще и отправил б о льшую часть войск преследовать хитрецов. Как будто ему заняться больше нечем было.

«Призрачной плети» вновь удалось выйти сухими из воды исключительно благодаря талантам своего лидера. Забредя на старый погост, Ник обнаружил там группу оживших мертвецов и, вместо того чтобы пытаться взять одного из них под полный контроль, массово шуганул их в сторону преследователей.

Для этого принц вообразил себя огромной могущественной нежитью (здесь как нельзя кстати подошел Кфхан) и, словно сетью, накинул этот образ на разумы двух десятков скелетов и зомби. При этом представляя как сочно он бы хрустел их костями, а потом вырастил бы из них себе хвост, а то и два.

Возможно в замшелых головах трупов сохранились зачатки самосохранения или же истинной причиной послужило что-то другое, но они массово ломанулись прочь, схлестнувшись с преследовавшими бандитов солдатами. Чем выиграли достаточно времени для того, чтобы замести следы.

Постепенно, благодаря этому и прочим выдающимся деяниям, члены шайки начали чуть ли не боготворить своего нелюдимого лидера. Порой Никаниэлю казалось, что снизойди к ним Мерфал в своем мрачном балахоне, сотканном из сонма стенающих душ, и разбойники сперва спросили бы разрешения у Ника, а уж потом, возможно, упали бы ниц.

При желании принц даже мог бы основать свою собственную религию. Что-то вроде «Свидетели Никаноровы» или «Орден храма Плети». Вышло бы точно не хуже, чем у демонов, а Жаба и Наждак с радостью стали бы первосвященниками.

Но все это Никаниэля, естественно, ни капли не волновало. Он, как и собирался, шел к своей цели, уделяя время лишь необходимым для банды операциям, работе над магическими каналами и поддержанием тела в тонусе. И с каждым днем Ревилл становился все ближе.

Глава 16