– К дьяволу твоего Сунджу! – Василий схватил со стола раскрытую книжку переносного терминала и швырнул в советника. – К черту весь этот поганый мир с его идиотскими законами!

Конта ловко поймал приборчик и аккуратно закрыл его крышку.

– Вам следует успокоиться, Правитель. Если вы закидаете меня компьютерами, ничего хорошего из этого не выйдет. Давайте лучше придумаем, как нам наказать убийцу вашей сестры. Ведь он в своем стремлении сжить вас со света перешел все мыслимые границы. Испортил вам карьеру. Едва не превратил в пепел вашу вотчину. Даже не пожалел жену, чтобы досадить вам.

– Что ты несешь, идиот?! – Бородач выкатил красные глаза. – Ты понимаешь, что ты несешь?!

– А что? – Конта невинно взглянул на Василия. – Возможно, вы смотрите на вещи под другим углом, но мой взгляд не замутнен. Я не оперирую условностями. Я смотрю на жизнь абсолютно трезво. Нина была нужна этому чудовищу, этому людоеду всего лишь как политическая пешка, ну, а заодно и предмет обладания. Он использовал княжну во всех, так сказать, смыслах и затем избавился от нее. Вы уж простите меня за прямоту, но со стороны это выглядит именно так. Или вы верите, что ледяное сердце Преображенского – этого изверга, губителя целых миров – растопила искренняя страсть? Нина послужила политическим целям, удовлетворила его похоть и родила полноправного наследника. Больше она была не нужна. Более того, она мешала. Ведь на ее, например, похищении можно было бы неплохо сыграть. Видимо, ваш младший брат попытался устроить нечто подобное, и Преображенский тут же осмыслил таящуюся за этим прецедентом угрозу. Попытка Кирилла была наивной – он привез с собой трех девиц, похожих на сестру, и, видимо, рассчитывал как-то подменить ее одной из них. Но ведь у более опытных людей похищение могло получиться. Вот Преображенский и устранил жену. Чтобы обезопасить свой тыл.

– То, что ты говоришь, – чудовищно! – Бородач едва сумел выдавить из себя возмущенный хрип. – Ты… ты… дьявол, Конта! Ты…

– Я всего лишь человек, который говорит то, что думает, – спокойно ответил советник. – А еще я не закрываю глаза на очевидное. Ведь вся ваша цивилизация построена именно на таких вот «запрещенных приемчиках». Просто у вас не принято признаваться в своих злодеяниях. Вы любите считать себя агнцами, святыми, даже когда убиваете или крадете. Ваша религия – подлость, князь Бородач. Разве не так? Так. Тогда почему вы возмущены до потери дара речи? Преображенский стоит на вершине, а значит, его подлость не может быть заурядной, такой же, как у вас или других князей. Он Великий, и все его дела следует записывать как деяния с большой буквы. Предательство, Убийства, Террор… ну и Подлость, конечно. Вы по-прежнему со мной не согласны?

– Я… – Бородач сел, опершись локтями о колени, и покачал опущенной головой. – Я… не знаю, Конта. Ты прав, но я не могу в этом признаться, даже себе.

– Тем не менее вы признались. – Советник сдержанно улыбнулся. – Отдохните, князь, подумайте. Я уверен, вы найдете в себе силы, чтобы продолжить борьбу. Теперь она приобретает особый накал и смысл. Теперь у вас есть еще одна причина сражаться. За свою честь, за разрушенную Европу, за сестру… И в конце концов, за освобождение человечества от этого чудовища, этого палача, деспота, сатрапа…

– Тирана, – невольно продолжил Василий, не поднимая глаз.

– А вот от него как раз не надо. – Конта усмехнулся. – Выпейте водки, князь. Завтра вам следует быть в форме. Мы покинем гостеприимную Моситу и вылетим на Торбан, ко двору Ергелана. Он пожелал лично поблагодарить вас за неоценимую помощь, которую вы оказали Великой Тирании. А после нам надо будет слетать на Суллу, соседку Семри. Там заканчивается строительство новой разведбазы. Этот центр строится специально для координации наших с вами совместных операций. Надо бы проверить, как идут дела…

ГЛАВА 4

Февраль 2324 г. ОВК – Сулла

– Вопросы?

– А где искать этого Конту?

– Князь знает.

– Тогда вопросов нет.

– Тем, кто подготовил оружие и снаряжение, – отдыхать.

Воротов вышел из казармы и остановился на крыльце. Он просто стоял, с упоением вдыхая свежий воздух. Вечное лето Каллисто никогда не было жарким. Днем температура воздуха держалась в интервале от плюс двадцати до плюс тридцати. В зависимости от климатического пояса. Утомить такая «жара» не успевала, но все равно вечерняя прохлада имела свой волшебный аромат и завораживающее очарование. До рассвета оставалось целых шесть часов. Правда, за это время еще следовало проверить готовность трофейного корабля, а после собраться самому и хоть немного вздремнуть. На этот раз князь не смог убедить Игоря остаться на планете. А приказывать не стал, поскольку понимал, что для Воротова пойти в этот рейд так же необходимо, как и для него самого. Вникал ли Преображенский во все мотивы, движущие полковником? Понимал ли он, что для Игоря важно отомстить не только за отца, но и наказать настоящего виновника смерти Нины. Наверное – нет. Главное, он разрешил Игорю пойти в рейд.