Читаем Путь огня. Часть 3 полностью

– Идите, госпожа ассара. Не бойтесь. Огонь милостив к сильным, – подтвердила Четвертая.

Хотелось сварливо заметить: «А если сильных тут нет?».

– Может, это все-таки девочка? – подумала вслух Юля. Генетику же никто не отменял. Хромосомы всякие…

– Шансы минимальны, – отозвалась за спиной Первая мать, – в королевской семье девочки большая редкость. Для их рождения требуется сильный дар воды, а еще лучше воздуха. У вас же вода, как я слышала, не очень сильна. Так что не переживайте, идите. Пламя сурово, но справедливо.

И шесть пар глаз взглядами подпихнули во тьму.

Юля подошла. Ступила одной ногой, та исчезла в темноте, точно отрезанная. Страх сдавил горло. Во рту пересохло. Между лопаток поселился холод. Желудок скрутило, а сердце бешено застучало в ушах. В спину толкали взгляды свекровей, но сделать шаг во тьму было непросто. Проще было послать всех. Не готова она к подвигу, тем более ради чужой страны.

Да и ребенок… Птичник ждет от нее рождения сильного мага, ибо таков долг любой женщины из королевской семьи. От собственного свиноматочного статуса затошнило.

– Интересно, – подумала Юля, погружая одну руку во тьму – прям матрица какая-то, – как Четвертая отнесется к ребенку? Ведь она станет бабушкой.

Мысль, что Четвертая будет не просто свекровью, но и бабушкой категорически не укладывалась в голове, потому как Четвертая с гордо выпрямленной спиной, молодо выглядящим лицом и властным взглядом на бабушку не тянула. Совсем.

Ее скорее можно было представить, говорящей: «Не сметь плакать! Высочества не плачут, никогда. Подумаешь, упал и разбил коленку. Боль делает нас сильнее», чем жалеющей ребенка. Ведь слабый принц не удержит огонь, не сможет пройти ритуал и будет вычеркнут из жизни королевской семьи, выкинут из дворца. Асмас не может позволить себе слабую правящую ветвь, ибо вулканы… Никак не угомонятся.

Юля вспомнила недавнее землетрясение, заставшее ее в классе. Она оказалась не готова к тому, что стол под руками внезапно задрожит точно больное животное, ручка покатится на пол и, царапая нервы, задребезжат стекла. Страх стегнул по спине, заставляя пригнуться, а паника толкнула броситься вон из здания.

– Давно не было, – спокойно проговорил наставник Шаккар, и его спокойствие помогло Юле остаться на месте, а в следующий миг мужчина и вовсе отвлек вопросом: – Можете определить, сколько баллов было?

Пришлось Юле брать себя в руки и вспоминать, что там с баллами у местных.

Шкала градации землетрясений – частых гостей на Асмасе – состояла из пятидесяти пунктов. Как доходчиво объяснил Фильярг: если незаметно и не страшно – до десяти баллов. Если заметно, но нестрашно, то от десяти до двадцати. Если и заметно, и страшно, но стены еще не складываются – от двадцати до тридцати. А вот если уже по стенам трещины, крыша обваливается, то значит их посетило бедствие до сорока баллов. Ну а если трясет так, что стоять невозможно ни людям, ни домам, то с большой долей вероятности поблизости началось извержение, и скоро начнутся прилеты вулканических бомб.

– От десяти до двадцати, – оценила текущее землетрясение Юля.

Наставник ответил неодобрительным взглядом.

– Точнее надо быть. Ведь не сложно было определить, что четырнадцать баллов. Мы с вами еще поработаем над шкалой. Поверьте, на Асмасе это может спасти вам жизнь.

За спиной нетерпеливо кашлянули, возвращая в реальность, а та, надо сказать, не радовала.

– То у них землетрясения, то вулканы, то ритуалы дурацкие, – раздраженно думала Юля, проваливаясь во тьму. По крайней мере, так показалось. Темно стало – хоть глаз выколи. Настоящее раздолье для чудовищ. Чувства обострились. Слух панически выдавал собственное рваное дыхание за чужое, а стук сердца – за чей-то топот.

Девушка выставила руку, дабы почувствовать, если наткнется на чью-то морду или стену.

Шла медленно, подсознательно ожидая гадости. Связь с Совенком на всякий случай заблокировала.

Пять шагов. Десять. Ничего. Ни гадостей, ни радостей.

Юля вспомнила свой опыт заплыва в священном озере. Потянуло на дерзость.

– Уважаемый, – произнесла. Собственный голос показался чужим – слабым, блеклым. Откашлялась.

– Давайте все обсудим как взрослые люди.

Тьма заинтересованно зашевелилась или ей показалось? Наверное, глупо требовать что-то от божественных сущностей. Вдобавок, нелюдей.

Ноги внезапно заныли от усталости. С утра не присевши. Переезд на побережье, потом переход во дворец, подготовка к ритуалу… Умоталась.

– Никто не против, если я присяду?

Юля опустилась на пол. Она передохнет, а потом двинется дальше. Тьма уже не пугала, тишина, разбавленная звуками собственного голоса, перестала давить на уши, и Юлю потянуло на откровение.

– Мне лично трон не нужен. Четвертому тоже.

Фильярг сам в этом никогда не признается, но Юля видела с каким лицом он вчитывается в доклады о четвертом тэорате, каким вымотанным приходит с заседаний и с тоской вспоминает о патрулировании границ. Ему бы гоняться за контрабандистами, а не в кабинете просиживать.

– Уверена, вы сможете найти более подходящего кандидата на трон Асмаса.