Читаем Путь. Начало полностью

За несколько минут до взрыва остатки ударной группы во главе с Вождем наконец-таки вышли из окраин Ду-Хма на открытое пространство окружающей пустыни. Правда такая глупость была подобна попытке выпрыгнуть из горящего небоскреба: ты спасся от огня, но внизу тебя все равно встретит жадный до крови асфальт, уже готовый алчно впитывать в себя твои соки. Песчаная буря закончилась, и теперь открытое пространство за пределами руин простреливалось буквально со всех сторон. Вождь просто не обращал внимания на выстрелы и осколки от взрывов, завороженно наблюдая за поднимающимся в небо планетарным разрушителем с остатками кетского населения, последнюю надежду кетов на выживание. Страннику же, в свою очердь, все-же не хотелось повторять героическую судьбу Кер Догмы, оставшегося лежать в руинах того, что еще несколько минут назад было насосной станцией. Во многом благодаря Кер Догме гигантский корабль-пирамида взлетел, и за свои действия он конечно же удостоился прощения Вождя, его честь была восстановлена. Но стоило ли оно того? Возможно время покажет… Так думал Странник, скрипя песком на зубах, почти ползком передвигаясь в искореженном, залитом потом и кровью боевом скафандре, с одной лишь надеждой: что их все-таки эвакуируют, а весь этот ад закончится, хотя бы на мгновение.

— Взлетай выше, Надежда Кетов! — сорвавшимся рыком кричал Вождь, не жалея ни глотки, ни себя, — Да! Так я тебя нарекаю!

Вождь безумно хохотал, встав в полный рост и возведя руки к небу. Он не замечал ни пуль, ни горячих лазерных лучей, ни расплавленную хлористо-металлическую дробь, пробивающую броню насквозь, и прожигающую его уже и без того больную отравленную плоть.

— Молю тебя, пригнись! — Странник кричал изо всех сил, но безумный ящер его просто не слышал.

— Подумай хотя бы о нас! Ты выдаешь наше положение, черт бы тебя побрал!

— Нет… Тебе не понять, чужак, — приглушая голос, но продолжая стоять в той же позе бормотал Вождь, его зрачки словно бы прилипли к взлетающей громадине, вероятно олицетворяющей для него будущие победы его народа, победы, которые он уже не увидит.

Странник понял, что Вождь уже готов умереть, и тем печальнее было осознание, пришедшее следом. Судя по всему, никакой эвакуации и не предусматривалось. Отряд, в который входил Странник, был отрядом смертников, и их задачей было просто сделать возможным дальнейшее существование кетов, ценой своих жизней.

— Они будут помнить о нас, — продолжал бормотать Вождь, — Они будут помнить и чтить наши имена. Потому что сегодня, умирая, мы подарили им жи…

Пирамида взорвалась. Огонь поглотил остатки ее рассыпающегося силуэта. Остатки только начинавшего проступать силуэта наследия кетов.

* * *

Стрельба прекратилась. Машины как будто замерли, наблюдая за падением, последним крахом своего противника. Пирамида, планетарный разрушитель, который Вождь уже успел окрестить — «Надеждой Кетов», так величественно поднимавшийся, словно восстающий из суровых песков дуКерры… Теперь от него не осталось ничего. Все кетские женщины и совсем маленькие, еще и не успевшие прочувствовать жизни, попробовать ее на зуб, ящероподобные мальки погибли, в одно мгновение оставив целый вид на грани вымирания. Если не брать в расчет рассеянных по галактике одиночек и изгоев, то вместе с кораблем рассыпался последний оплот цивилизации кетов. Будущее закончилось, так и не успев начаться. И Странник это знал. Не в силах сделать даже вдох, он перевел взгляд на Вождя, который не успев закончить фразу, так и стоял, возведя руки к небу.

— Нет… — не своим голосом произнес Вождь. Он упал на колени, так и не опуская рук, — НЕТ!

Крик эхом отдался по всей пустыне. Странник вспомнил, как Вождь говорил, что не потерял ни одного кета, и жестокая ироничность этой фразы, как ножом пронзила его разум.

Едва слышный шепот наполнил застывший воздух: «Что произошло?» «Как такое может быть?» «Мы обречены!» Окружающее пространство постепенно заполнили обреченные завывания кетов. Вождь же продолжал стоять на коленях, не издавая ни звука, ни шороха.

Странник привстал с того места, где находился с момента взрыва и, все еще не до конца придя в себя, огляделся по сторонам. Помимо рыдающих кетов, вокруг не было никого. Все машины как будто испарились. И тут он понял. Подняв голову, он заметил несколько быстро приближающихся и увеличивающихся в размерах точек. Глаза его округлились, и он закричал своим охрипшим голосом:

— Центурионы!