Читаем Путь Мира(СИ) полностью

Гонджун Сан, временный управитель дворца и воспитатель юного Императора, повернулся и, заложив руки за спину, подошел к окну. За окном был западный внутренний сад, вернее, то, что от него осталось после того, как месяц назад подмытая дождями стена старого дворца осела и обрушилась, растерзав стройные деревья и завалив искусственные ручьи грудами кирпичей и штукатурки. Сейчас стену восстановили, но реставрировать многовековую работу поколений садовников было невозможно, и некогда чудесное место так и оставалось похожим на горный луг, перенесший камнепад. По распоряжению Гонджуна все окна и двери, ведущие в сад, были закрыты и заперты, чтобы пока не оскорблять зрение семилетнего владыки разрушением. Осталось незабитым только окно в личных покоях управителя. Гонджун не забывал и не прощал себе ошибок. Сад был его личным позором, язвой, напоминающей о том, что все и всегда можно и нужно делать лучше.

Сильная рука Гонджун Сана стиснула резные перила окна, и раздался тихий треск. Крашеное дерево тоже было трухлявым и рассохшимся. Пальцы управителя крошили его, как необожженную глину.

Тан Чжоу почтительно ждал, все так же стоя на колене и опустив голову.

- Как велико их войско?

- Когда я покинул крепость, оно насчитывало около десяти тысяч солдат, вернее, ополченцев. Настоящих воинов в их рядах почти нет, не считая нескольких беглых офицеров и княжеских стражников.

- Этого не хватит даже для того, чтобы взять Циньчжоу.

- Но за неделю до этого их было пять тысяч, повелитель. А месяц назад никакого войска не было, было лишь несколько банд общей численностью не больше пятисот человек. Армия Желтых Повязок стремительно растет. Народ ропщет, и со всех концов Империи к Занг Чао стекаются бедняки и разбойники.

Консул резко обернулся и подошел к лазутчику. Мазнув Тан Чжоу по лицу рукавом халата, он взял его за подбородок и пристально взглянул ему в глаза. Несколько секунд постояв так, аристократ отпустил лицо разведчика и медленным шагом двинулся по комнате.

- Впечатляет. Для управления таким войском необходим могучий ум и сильная воля. Но еще полгода назад я даже не слышал об этом Великом Учителе. Кто он такой, этот Занг Чао?

- Бывший чиновник из провинции Цзюйлу. Ему уже много лет, но он еще бодр и крепок. Десять лет назад, после наводнения, он внезапно оставил службу и со своими братьями ушел в горы. Он основал новое учение... новое дао, Тайпиндао (Путь Мира) - так они называют себя.

Наводнение в Цзюйлу... Наставник Императора сел за письменный стол и медленно откинулся на спинку кресла, вспоминая. Одно из многих и частых бедствий в Империи, наряду с засухой и набегами северных варваров. Одна из многих позорных страниц имперской истории, когда деревенских старейшин, осмелившихся умолять князя о помощи, подняла на копья охрана, а сам князь, в ярости от того, что погибли посевы, разорил несколько деревень в своем уделе за "нерадивость". Управитель изучал взглядом потертую занавеску на окне и думал о том, что его воспитанник, как и его отец, вырастет во дворце и никогда не покинет его пределов. Всю жизнь он будет видеть вокруг себя только счастливые, улыбающиеся, красивые лица и уверится в том, что вся страна живет так же. Он не узнает о том, что надсмотрщики и солдаты забивают крестьян до смерти, что от холодной, застойной воды на рисовых полях земледельцы постоянно болеют лихорадкой, он вообще не будет знать, как к нему на стол попадает вкусный очищенный рис. Он не сможет узнать об этом, потому что воспитатель никогда не расскажет ему этого. Это не была вина Гонджуна. Таков был заведенный порядок. Император уже давно не правил своей страной, отдав всю реальную власть евнухам и получив роль тронной куколки для празднеств и торжественных молитв. И если до ушей некоторых высокопоставленных лиц дойдет слух о том, что молодому Сыну Неба внушаются мысли, способные заставить его попытаться вмешаться в политику, воспитателем владыки очень быстро станет алчный и жестокий Дун Чжо, который этого уже давно домогается. А прежнего наставника столь же быстро казнят под предлогом измены. Гонджун знал, что не был плохим человеком и не попадет в Озеро Крови, но ему было бы больно и обидно умирать, зная, что подвигшая его на самоубийство цель все равно не могла осуществиться.

Полуприкрыв глаза веками, консул внимательно посмотрел на своего агента.

- Я слышал об этой секте, но почти ничего не знаю об их вере. Что исповедуют эти люди? Говорят, что они живут в горных долинах, уходя от зла, не делая друг другу вреда и не пересекаясь с внешним миром...