Читаем Путь хунвейбина полностью

Почему от российской интеллигенции всегда исходит такой густой запах говна? А тот работяга, что за себя и за того парня заявил, что «Ельцина и Собчака мы уважаем»? Наверняка через год-два он называл Собчака «Собчарой», костерил Ельцина и с ностальгией вспоминал, как он хорошо жил «при коммунистах». Колбаса была по три рубля кило, а сейчас… Мне иногда кажется, что если нашим людям стрелять прямо в лоб, свинцовые пули будут плющиться и отскакивать… Непробиваемые у нас люди. Если бы из них можно было делать гвозди, не было в мире гвоздей прочнее!

Порой я начинаю ненавидеть «трудящихся» больше, чем власть. С властью все понятно, она – враг, она давит, изворачивается, кокетничает и все ради одного – чтобы остаться властью, ее интерес очевиден. А вот это вот пролетарское «Не надо нас агитировать…» во стократ хуже, чем вранье чиновника или наглость буржуа, обирающего рабочего. Народная тупость – стена, которая гораздо крепче танковой брони. А тупость эта вырастает из извечной лени нашего народа, ведь мозгами шевелить надо. Ненавижу тупых и ленивых.

В общей сложности перед референдумом мы распространили 12 тысяч листовок (этой самый большой тираж, который я когда-либо распространял) - отозвались три человека и то руганью. Но через два года, в 1993-1994 годах, даже о таком отклике можно было только мечтать…

Кстати, перед референдумом в программе «Время» показали писателя-эмигранта, живущего в Париже: лицо скуластое, худое, в больших очках, в черной армейской кепке, из-под кепки виднелись седоватые волосы. Писатель говорил, что он – за сохранение Советского Союза. Это был Эдуард Лимонов.

Референдум прошел, большинство населения высказалось за сохранение Союза. И вот в конце февраля началось то, чего мы так ждали. Забастовка шахтеров! Мы тут же пошли на почтамт и отправили телеграмму Независимому профсоюзу горняков: «Выражаем пролетарскую солидарность с вашей борьбой. Держитесь до конца! Революционные пролетарские ячейки».

Власть попыталась натравить на шахтеров «общественное мнение»: стране и так тяжело, а эти еще и бастуют, усугубляя кризис. Мы в листовке, обращенной к студентам Технологического института, защитили шахтеров: «Власти бессовестно врут, говоря о том, что средства взять неоткуда. Они предпочитают стравливать трудящихся между собой. Взваливают всю вину на бастующих шахтеров. В развале экономики страны виновата бюрократия, а не шахтеры. Наша солидарность с шахтерами разрушит ее планы».

Я приехал в Ленинград, когда война в Персидском заливе почти закончилась. Прихожу на факультет. И один сокашник, то ли специально, чтобы подковырнуть, то ли по глупости, говорит мне: «Поздравляю!»

- С чем? – удивился я.

- Как с чем?! С победой демократической коалиции над диктатором Хусейном.

- Да ты чего! Как с этим можно поздравлять? Тысячи людей погибли за месяц этой войны!

- Но Хусейн сам напросился, - в голосе парня раздались агрессивные нотки.

Но я тоже не мямлил. Я вспомнил кадры из выгоревшего бомбоубежище в Багдаде, их показывал какой-то французский телеканал: обожженные тела людей, черные, покрытые обуглившейся коркой трупики детей… В бомбоубежище попала какой-то специальная бомба, которая прожигает бетон, фосфорная, кажется, и выжигает потом все вокруг. После этого репортажа в Париже прошла самая крупная антивоенная демонстрация… А этот дурак поздравляет меня…

- Они, американцы, Запад, сами Хусейна вскормили, а когда он стал им не нужен, решили его убрать.

- Ты говоришь коммунистический вздор! Америка – страна будущего, расширение ее влияния выгодно всем цивилизованным людям.

- Да что ты знаешь об Америке, о Западе…

Это сейчас в России в моде антиамериканизм, принято считать американцев тупыми, жирными, а тогда – н-е-ет! Тогда обыватель поклонялся Америке, подражал американцам, точнее, тем образам, что он видел в американском кино. Недовольный «совком» обыватель жил мифом Америки и его представления о Штатах были самыми мифическими. У Славы Задерия, фронтмена группы «Нате!» была песенка: «Ах, уж эти девочки». «Есть девочки, как Америка, - блеял Слава, рисуя руками параметры 90-60-90. – Есть девочки, как наша страна»… И все понимали, что «девочки, как наша страна» - это самые страшные девочки в мире. Если бы Слава видел, как выглядят живые америкен герлс!

В то время я подрабатывал сторожем на фольгопрокатном заводе, моей сменщицей была простая рабочая девица с туповатым лицом – на ее пальто был приколот значок с президентом Бушем-старшим…