Читаем Путь хитреца полностью

— Распределяем, — ответил Кремер, — за каждым будет закреплен конкретный активист. Компромат на «овец» в основном готов.

Поднявшаяся группа мужчин и женщин постояла и, так как за них ответил зам гендиректора, снова сели.

— А хватит пять человек?

— Мы думаем, что до собрания не все враги доберутся, — усмехнулся Кремер, — занимаемся уже.

— Только давайте без рукоприкладства — плохо может кончиться.

— Конечно, конечно.

— Служба безопасности должна быть в зале, вы помните?

— Да, — кивнул зам, — вы где будете?

Артем обвел помещение взглядом.

— А что там за кабинка, за креслами наверху?

— Светотехник там сидит во время мероприятий. Он же слайды и видео крутит.

— Вот там я и буду — идеальное место для координации. Отсюда ничего не видно. И запомните позывной — «светотехник»!

По распоряжению Теплухина, с территории завода до проспекта, где остался арендованный «мерседес», Берестагу вывезли на директорской машине с сопровождением в лице нескольких вооруженных охранников. Разглядеть нанятого специалиста за тонированными стеклами большого внедорожника извне было невозможно. Не обнаружив никаких признаков слежки, Артем перебрался в свой автомобиль и вырулил в левый ряд, прицеливаясь на разворот. И только теперь он осознал, что машинально повернул в сторону ромашкиной квартиры в Крылатском.

Согласно его представлениям делать это было рановато. Нужно выждать хотя бы еще денек. Под нервные гудки резко тормозящих автомобилей он снова перестроился в правый ряд и остановил машину у обочины. Следовало еще раз все обдумать.

В общем-то, все шло по импровизированному сценарию. Он появился в жизни Кати, и сделал это уверенно, дав понять, кто здесь принимает решения. После двух последних встреч она не сможет рассматривать его как очередного поклонника, нытика, ждущего от нее благоволения. Нет, он взял зарождающиеся отношения под контроль, и теперь шаг за шагом должен был вывести их на правильные рельсы. Если в паре один любит, а другой лишь позволяет себя любить, то место первого должно принадлежать Ромашке. А это означает, что относиться к ней можно лишь как к объекту. Только так он сможет контролировать отношения.

Карпасов, как обычно, придерживался иной точки зрения. В одной из бесед об отношениях мужчин и женщин на подобный тезис он возразил:

— Чтобы относиться к любимой, как к объекту воздействия, нужно задавить в себе любовь. Ты это понимаешь? А зачем тебе тогда нужна эта любовь, если ты не можешь ею насладиться?

— Но контроль…

— К черту контроль! Не пытайся все упростить. Ты боишься, что она не оценит тебя. И создаешь хитросплетения в отношениях, рассчитывая этим запутать ее и контролировать. Усложни себя, и тогда ты сможешь любить и не бояться потерять ее!

— Ты опять про расширение сознания?

— А ты знаешь другой путь, позволяющий сделать себя богаче?

— Лотерея, — пошутил Берестага, и они рассмеялись.

«Может быть, Андрей и прав, — думал Артем, — но мне нужен путь покороче». Поняв, что беспокойно теребит телефон, он отбросил его на пассажирское кресло.

Конечно, он мог бы начать забрасывать ее цветами и пылкими признаниями. Но этим отдал бы ей право выбирать. «Женщинам нельзя давать право выбора». Артем не мог признаться себе в том, что больше всего боится отказа, шансы которого были бы велики, пойди он по этому пути. А так, любое признание можно рассматривать как зондаж и легко отменить в рамках заданных правил игры элементарным стебом. Ставка сделана на выигрыш, и стратегия игры будет построена исходя из этой цели. Берестага удовлетворенно кивнул сам себе, как бы подтверждая правильность принятого решения.

Следующий ход требовал максимального сближения. А потом неплохо бы устроить что-нибудь беззаботно-романтическое. Например, совместную поездку на Масленицу в ближайшее воскресенье с прогулками, стрельбой в тире, лепкой снеговиков и катанием на ледянках. Ромашку лимузинами и ресторанами не покоришь. А далее, если все пойдет по плану, можно будет устроить романтическую поездку куда-нибудь в Европу, может быть, в Париж. С этими мыслями «специалист по запудриванию мозгов» посмотрел на телефон, а на его лице появилась мечтательная улыбка.

В последнее время часто приходила в голову Артема мысль о том, что он ощущает навязчивую потребность в регулярных беседах со старым другом. Впрочем, называть его «старым» теперь было неправильно. Произошедшие за потерянные в ссоре десять лет изменения превратили Карпасова в совершенно другого человека. И у этого человека опять было чему поучиться. В большей степени Артема интересовала даже не столько проверка своих новых ценностей, сколько собственная способность их отстоять.

Сегодня было время пообщаться вживую, и Берестага напросился в гости:

— Брат, как ты относишься к хорошему вискарю? — спросил он Андрея по телефону.

— Положительно!

— Ну, тогда я нагряну, а то по скайпу разливать неудобно!

— Конечно, дружище, жду.

На карпасовской кухне они пили шотландский односолодовый виски, выуженный Артемом в маленьком винном магазинчике, тревожа пьянеющие мозги философскими понятиями.