Читаем Путь хитреца полностью

— Как что? Чему же я учу тебя целую неделю?! — наставник сделал задумчивую паузу, — ну что ж, контрольная: пять минут на изучение объекта. Удиви меня!

— Во попал! — пробормотал Цыбулька и решил импровизировать: — ну что… принцесса, вся из себя такая. Да что рассказывать? Из нее биография, как из принтера, лезет, типа родители дипломаты, соответствующее воспитание, все детство в Париже тусовалась. Похоже, не врет: когда вспоминает — глаза влево вверх, уходит в ощущения — вправо вниз. Конструирования совсем нет… Что интересного-то?

— Эх ты, Цыбулька-барабулька. Теперь понятно, почему тебя из медицинского выперли.

— Я сам ушел, — буркнул обиженный ученик. — Чего я не заметил?

— Слона ты не заметил, — развлекался Берестага. — Какой рукой она ручку взяла?

— Левша! — осенило нерадивого ученика.

— Правильно! А у левшей иногда бывает все наоборот. Слева вверху — сочиняет, справа внизу — внутренний диалог. Вся история про папу с мамой и свое безоблачное детство — лажа! А траекторию глаз отметил? А дыхание? Движение правой руки? А на подбородок обратил внимание? Когда она врет, он у нее закрепощается, смотри, про красный диплом говорит свободно, а теперь — опять, как будто в рот кирпич засунули.

— Ну, это не так уж и заметно, — пробурчал уязвленный ученик, — а что там, на телевидении психологов нет? Чего ее взяли-то?

— Да потому и взяли, что девица — сплошной сюрприз. Благодаря ей молодежь и подростки, — он сделал ударение на первый слог в обоих словах, — вместо книжек будут целыми днями в ящик пялиться. И вот что забавно: эта парижанка «о» как-то по-вологодски потягивает. Оба-на! — вдруг возбужденно воскликнул Берестага. — Ты видел, как она белобрысую подставила? Та даже не поняла ничего. Ты не знаешь, давно она там?

— Да вроде только зарегилась.

— Это хорошо.

— На фига она тебе?

— Не мне, а нам, — задумчиво ответил Берестага. Нам нужна девушка для всяких там амурных разводов. Похоже, справится. Надо пошустрей ее оттуда забрать, чтобы лицо не примелькалось.

Цыбулька растянулся в довольной улыбке и в предвкушении десерта вальяжно развалился на кресле. В свой вопрос он вложил столько издевки, сколько был способен произвести:

— Ну и как ты собираешься забирать ее оттуда?

— Не я, а мы, — опять уточнил Берестага, и на его лице появилось выражение лиса, нашедшего вход в курятник.

Продюсер телепроекта «Карьера» Вадим Александрович Айзенич последнее время был в состоянии постоянного воодушевления. Дела шли отлично, рейтинг шоу рос как на дрожжах. Отличной находкой оказалась и эта новая девица Белозерова. Она появилась как черт из табакерки и сразу привлекла к себе всестороннее внимание. Родом из какой-то замшелой деревни в Архангельской области, она направо и налево рассказывала небылицы. Причем делала это таким милым голоском и с невинно округленными глазками, что народ велся. Вадим Александрович уже предвкушал момент разоблачения, который он планировал отодвинуть максимально далеко. Как только интерес к ней станет ослабевать, он руками какого-нибудь из участников взорвет эту информационную бомбу.

Телеканал вложил в пиар проекта приличные деньги и на сегодня была запланирована встреча с корреспондентами ряда изданий, которая должна стать частью новой рекламной кампании. Одной из главных интриг пресс-конференции будет новое приобретение Айзенича — Елена Белозерова. Для всех — Элен. В конференц-зале уже собрались журналисты, приехали даже съемочные группы от трех телеканалов. Пока Вадим Александрович находился в самой гуще дел по подготовке главного пиар-события сезона, в соседней комнате его помощница сняла трубку зазвонившего телефона.

— Реалити-шоу «Карьера». Здравствуйте, — оттарабанила она заученное приветствие.

Уверенный мужской голос на другом конце провода сходу задал динамичный темп:

— Здравствуйте, девушка! Я главврач Щелковской городской психиатрической больницы Синицын Сергей Львович. Мне срочно нужен Вадим Александрович.

— Он занят. А что с ним? — растерялась от такого представления помощница.

— Да не только с ним! Со всеми вами скоро произойдут очень интересные вещи, если он быстренько не освободится. Я ведь не из цирка звоню! Все очень серьезно, достаньте мне его срочно!

Перепуганная помощница Айзенича пулей полетела в студию.

— Вадим Александрович, там вас к телефону, срочно! Из психбольницы.

— Что, психи развлекаются?

— Главврач.

Айзенич быстро преодолел расстояние до телефона и взял трубку:

— Слушаю!

Голос в трубке представился.

— В вашей… этой программе, в общем, мы узнали сбежавшую недавно пациентку Белозерову. По всем признакам, она накануне нового приступа. Не нервируйте ее и давайте действовать оперативно. Я уже отправил к вам санитарную машину. У врача на руках все необходимые документы.

— Какого приступа? — ошарашенный, Вадим Александрович был не в состоянии сходу оценить весь масштаб катастрофы. — Какая машина? — он представил, как санитары в белых халатах промаршируют мимо ошалевших от счастья корреспондентов и обратно с его черноволосой находкой в смирительной рубашке.