Читаем Путь Иисуса полностью

Когда там, в пустыне, я увидел вероятностные ветки событий, то понял, что ни одна из них не вела к тому результату, которого я желал. И понял я, что был самонадеян, когда пытался доказать Отцу своему, что вы поймёте и примете меня. Понял я, что вы ещё были совсем не готовы к принятию истины. И в этом не было вашей вины. Много сил влияло тогда на ваше развитие. Вас обманывали, как детей, и вы верили всему, как дети. Многие использовали это. И Отец предвидел, что вы не готовы. Но я не послушал Его. Я так сильно хотел помочь вам, показать Свет Божественной Истины, показать путь туда, где вас всегда ждут и вам всегда рады! Но не слышали вы. Об этом предупреждал меня Отец, но я упросил Его дать мне возможность попробовать помочь вам.

И вот я воплотился на Земле и познал весь груз разделённости с Отцом. И познал на себе всё ваше страдание из-за этой разделённости. И увидел, что вы, как слепые дети, ищете наощупь путь к Богу, а другие, непрошенные боги, помыкают вами. И увидел я пропасть, разделяющую вас с Отцом. И осознал, что Он был прав. И преждевременен, и самонадеян был мой выбор. Но обратного пути уже не было. Да и не искал я обратных путей, ступив в земное воплощение. И тогда я доверился вам. И понял я, что противление родит новое противление, в котором нет смысла.

И стал я рассказывать вам о Боге, об Отце нашем и о том, что вы все есть дети его любимые. Но не слышали вы тогда. И взял я учеников, из числа тех, кто заранее согласился пройти со мной вместе этот путь. И принял весь Путь без остатка.

И там, в пустыне, когда передо мной открыли информационные порталы вероятностей, и показали мне все последствия моих деяний, я увидел, что все они ведут к вашему страданию. И впал я в печаль великую, ибо не знал – какой путь страданий выбрать за вас. И мог ли я за вас выбирать? Имел ли на это право? И выбор стоял не между моими степенями страдания, ибо путь мой земной был конечен, хотя в разных вариантах он был разной степени протяжённости. А выбор стоял между вашими степенями страдания. И как я мог выбирать из этого?

И сорок дней размышлял я и спрашивал совета у Отца, но Он молчал. И пустыня – это аллегория, ибо оставлен я был наедине со своим выбором, и никто не мог вмешаться. И было это не наказанием, а невмешательством в мой выбор. Но тогда мне казалось, что всё зря, что Отец покинул меня. Сейчас я знаю, что это не так, что Он следил за моими метаниями и направлял мне всю любовь Свою.

И сорок дней постился я и принимал смиренно всё, что мне дано здесь. И на сороковой день понял я, что не смогу выбрать меру вашего страдания. Не потому, что боюсь возмездия, а потому что страдания каждого – также и моё страдание, потому что люблю вас. И возблагодарил я Отца нашего, который перед этой долгой дорогой сделал мне драгоценный подарок, вложил в меня всю свою Любовь к вам, столько, сколько я смог вместить в себя. И это было прекрасно – так любить вас. И понял я тогда, почему Отец не может выбирать за вас. Потому что, когда вы выбираете трудные пути, Он страдает вместе с вами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный
История алхимии. Путешествие философского камня из бронзового века в атомный

Обычно алхимия ассоциируется с изображениями колб, печей, лабораторий или корня мандрагоры. Но вселенная златодельческой иконографии гораздо шире: она богата символами и аллегориями, связанными с обычаями и религиями разных культур. Для того, чтобы увидеть в загадочных миниатюрах настоящий мир прошлого, мы совершим увлекательное путешествие по Древнему Китаю, таинственной Индии, отправимся в страну фараонов, к греческим мудрецам, арабским халифам и европейским еретикам, а также не обойдем вниманием современность. Из этой книги вы узнаете, как йога связана с великим деланием, зачем арабы ели мумии, почему алхимией интересовались Шекспир, Ньютон или Гёте и для чего в СССР добывали философский камень. Расшифровывая мистические изображения, символизирующие обретение алхимиками сверхспособностей, мы откроем для себя новое измерение мировой истории. Сергей Зотов — культурный антрополог, младший научный сотрудник библиотеки герцога Августа (Вольфенбюттель, Германия), аспирант Уорикского университета (Великобритания), лауреат премии «Просветитель» за бестселлер «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии». 

Сергей Олегович Зотов , Сергей О. Зотов

Религиоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука
Идеология и филология. Ленинград, 1940-е годы. Документальное исследование. Том 1
Идеология и филология. Ленинград, 1940-е годы. Документальное исследование. Том 1

Книга П.А. Дружинина посвящена наиболее драматическим событиям истории гуманитарной науки ХХ века. 1940-е годы стали не просто годами несбывшихся надежд народа-победителя; они стали вторым дыханием сталинизма, годами идеологического удушья, временем абсолютного и окончательного подчинения общественных наук диктату тоталитаризма. Одной из самых знаменитых жертв стала школа науки о литературе филологического факультета Ленинградского университета. Механизмы, которые привели к этой трагедии, были неодинаковы по своей природе; и лишь по случайному стечению исторических обстоятельств деструктивные силы устремились именно против нее. На основании многочисленных, как опубликованных, так и ранее неизвестных источников автор показывает, как наступала сталинская идеология на советскую науку, выявляет политические и экономические составляющие и, не ограничиваясь филологией, дает большую картину воздействия тоталитаризма на гуманитарную мысль.

Петр Александрович Дружинин

История / Учебная и научная литература / Образование и наука