Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

— Всё свершится так, как мы объясняли тебе, — взяв Арадриана под локоть, псайкер повел его обратно к лавочке, но корсару не сиделось. Слишком взволнованный, чтобы стоять на месте, он принялся мерить шагами замощенную площадку вокруг темного пруда.

— Ты не можешь быть уверен, что нас ждет успех, — заявил изгой.

— Ни в чем нельзя быть уверенным, но избранный нами путь дает наибольшие шансы на успех. Слишком поздно уклоняться от своего долга. С того момента, как ты вернулся на Алайток, события направлялись так, чтобы достичь удовлетворительного исхода. Да, мы не можем гарантировать успех, но и ты, точно так же, не можешь сбежать от судьбы.

— Значит, мне остается только ждать? — спросил Арадриан.

— Да, но долго ждать не придется.

Изгой заставил себя сесть и плотно укутался в плащ, словно в куполе царил холод. Глядя на поколения застывших вокруг провидцев, на их холодные кристаллические тела в отблесках света умирающей звезды, он испытывал абсолютное одиночество. Приятно было повидаться с Лехтеннианом, сохранившим какие-то крупицы уважения к Арадриану, но больше никто из знакомых не уделил бы ему и мимолетной мысли. Его до сих пор не подвергли остракизму только потому, что Алайток нуждался в изгое. Вокруг корсара сплелась эта катастрофа, и только с его помощью можно было предотвратить окончательную погибель.

— Наше положение неустойчиво, — встревоженным тоном объявил Алайтин.

— Что за неустойчивость? — Арадриан посмотрел на сидевшего рядом ясновидца.

— Человеческий псайкер, один из космодесантников, защищал врага от наших вмешательств и скрывал многое в сплетении.

— Ты имеешь в виду, что всё это время мы чего-то не знали? — судорожно сглотнул изгой. — Но менять план уже поздно!

— Не бойся, Тирианна видит угрозу и спешит устранить её. Атаку в куполе Полночных Лесов всё ещё можно остановить, неприятель будет направлен сюда.

— Тирианна? Но, с её неопытностью, как она сумеет превозмочь там, где потерпели неудачу другие?

— Ей помогут любовь к друзьям и чувство долга перед Алайтоком, — ответил ясновидец, снова успокаиваясь.

Время как будто растянулось, и у Арадриана по спине бегали мурашки при мыслях о возможном провале плана автархов и провидцев, разрушенного действиями единственного космодесантника. Но переигрывать что-либо было уже поздно: судьба мира-корабля оказалась в руках изгоя после того, как совет объявил, что ему нужно совершить.

— Тирианна превозмогла, — сообщил Алайтин. Хотя ясновидец ждал исхода так же спокойно, как окружающие эльдар неподвижные статуи, в его голосе прозвучала нотка облегчения.

Арадриан угрюмо смотрел под ноги, на синий мох, пробивающийся из щелей между плитками, и по-прежнему не был уверен, что всё пройдет по плану ясновидцев. Ещё многое могло пойти не так, и тогда изгоя ждала бы мучительная смерть, а сам Алайток — уничтожение.

Он ощутил скачок энергии, сотрясший сеть бесконечности. Статуи ясновидцев снова зашептали, и на этот раз не умолкали несколько мгновений. Арадриану показалось, что он разобрал пару слов среди тихого бормотания.

«Странник возвращается».

«Странник возвращается».

«Странник возвращается».

Вновь и вновь эта фраза эхом отдавалась в мыслях изгоя.

— Тирианна использовала руну, отправила сигнал, — пояснил Алайтин, державший руки на бедрах, в складках мантии. На пальцах ясновидца ярко блестели кольца, покрытые резными символами. Где-то справа от них под куполом раздался взрыв, и Арадриан вздрогнул, услышав грохочущие раскаты. Повернувшись на звук, он увидел клубы черного дыма, поднимающиеся к звездам. Псайкер никак не отреагировал на случившееся.

— Атака людей была остановлена, — продолжил он. — Новое наступление, имеющее целью сердце Алайтока, приведет их сюда. Чувствуя вкус победы, Ахол Надей лично поведет бойцов; приближается наш судьбоносный миг.

Жгучие лазразряды, проносясь над площадью, выбивали куски из всего, что находилось рядом с прудами и фонтанами. Арадриан сидел, будто прирос к скамейке, и сжимал мраморное сиденье так, что побелели пальцы. В какой-то момент перед ним просвистел шквал сюрикенов, жертвой которого оказался человеческий солдат: руку и плечо ему разорвало в клочья, от серого мундира остались одни лоскутки.

Изгой для уверенности постоянно твердил слова, сказанные ему Алайтином за мгновения до того, как первый захватчик взобрался на холм перед двумя эльдар — «они нас не увидят».

Лехтенниан, совершив кульбит над головой другого солдата, ударил «поцелуем арлекина» в спину третьего. Пронзенный человек затрясся, из его рта, ушей и глаз вылетели почти невидимые проволочные нити, окруженные кровавой дымкой. Мгновение спустя они втянулись обратно в оружие солитера.