Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

В нескольких словах он быстро объяснил, что требуется от развалины. Несмотря на свой ужас, Ксагор был достаточно послушен, чтобы без вопросов выполнить все необходимое.

Когда все мускулистые чудища были подготовлены, Беллатонис ткнул пальцем в направлении черных утесов и прокричал командную фразу:

— Кхуранкир В'силти! Пробудитесь! Идите наверх! Убейте лучи! Убейте! Убейте!

Неповоротливые гротески были ошеломлены и наполовину оглохли от битвы, бушующей вокруг. Сначала они не поняли мнемоническую фразу, которую использовал Беллатонис, и ему пришлось ее повторить. На второй раз скрытые железными масками лица гротесков медленно приподнялись, сконцентрировавшись на скалах, а похожие на меха насосы, приштопанные к их спинам, начали сжиматься и разжиматься все быстрее. Ряды шприцев, воткнутых в хребты, автоматически вдавили поршни, выпуская концентрированные дозы гормонов и стимуляторов в и без того значительно усиленные организмы.

Когда адский коктейль помчался по их жилам, гротески встряхнулись и заревели от жажды крови. Толстолапые великаны сорвались с места и с довольно-таки поразительной скоростью понеслись к скалам, топоча ногами и размахивая руками. Беллатонис удивленно заморгал и бросился за ними, боясь потерять своих созданий из виду. Ксагор, так же боясь потерять хозяина, побежал следом.

Шальной луч хлестнул по гротескам, пока те мчались вперед. Он поворачивался в сторону, чтобы обрушить еще одну порцию ада на тающую оборону Ксхакоруаха, поэтому удар пришелся вскользь, однако и этого бы хватило, чтобы распылить на атомы любого мандрагора или ур-гуля, оказавшегося на пути луча. Беллатонис с восторгом увидел, как его творения пронеслись сквозь колонну уже не всесокрушительного света, отделавшись разве что слабыми ожогами. Это, похоже, только разозлило гротесков, и они побежали еще быстрее, чтобы добраться до тех, кто причинил им боль.

Они достигли более густых теней прямо под утесами. Это было поле боя, где остатки авангарда Ксхакоруаха находились в процессе вырезания ликующими воинами Азоруаха. Гротески ворвались в месиво рукопашной со всем изяществом цунами. Полетели куски тел. Монстры рвали и друзей, и врагов своими крючьями, когтями и тесаками, управляемые вздувающимися мышцами и животной яростью берсерков.

— Нет! — завопил Беллатонис во всю мощь своих легких. — Вверх! Вверх! Лезьте! Убейте лучи!

Несколько чудовищ в масках услышали крик гемункула, и инстинкт подчиняться создателю заставил их резко повернуться и стремглав побежать к склону. Когда первые из них начали карабкаться вверх по грубой поверхности, словно большие обезьяны, остальная стая повернулась и последовала за ними. Через несколько секунд вся толпа звероподобных мясных дьяволов уже подтянулась на первую террасу и снова принялась за бойню. Беллатонис поднялся следом благодаря одной лишь силе воли — он заставив себя на время расстаться с ложными представлениями о плотности и гравитации Аэлиндраха и воспарил так же легко, как если бы на нем была антигравитационная обвязка. Ксагор, оставшийся брошенным на произвол судьбы, вынужден был вскарабкаться за гемункулом своими силами.

Когда Беллатонис приземлился на террасу и позволил закон физики принять более узнаваемую форму, он наконец смог как следует разглядеть одно из странных орудий Азоруаха. Оно было установлено на раздвоенном металлическом пьедестале, благодаря чему его можно было поворачивать и наклонять, чтобы направлять луч. Само орудие напоминало по форме колокол, открытый конец которого испускал из себя свет. Судя по всему, единственным способом активации устройства был один простой рычаг. Во внешнем виде орудия было нечто знакомое, как показалось Беллатонису. Его явно сделали не в Аэлиндрахе, однако оно, очевидно, задумывалось как эффективное средство для боев в царстве теней.

Беллатонис повернул пьедестал, чтобы нацелить излучатель на один из верхних ярусов, где стояло еще несколько таких орудий, сфокусировавших лучи на Ксхакоруахе и его быстро уменьшающейся свите. Он потянул рычаг и с интересом пронаблюдал, как от этого возникла окутанная дымкой колонна света, практически пробурившая себе путь через воздух к цели. Часть скалы, куда он целился, вспыхнула молочно-белым сиянием, и из светового круга, образовавшегося в месте удара, поднялось густое облако сажи и тьмы. На этом, казалось, все и закончилось, отчего Беллатонис ощутил разочарование.

Через миг лучи, исходящие из орудий, установленных на том ярусе, дико заметались и закувыркались, когда скала под ними поддалась и начала рушиться. Лавина из темного сланца и крутящихся столпов света набирала скорость с обманчивой неторопливостью. Когда она с грохотом достигла земли, от удара задрожали кости, и во всех направлениях разлетелись громадные тучи обломков.