Читаем Путь Дракона полностью

— Капитан Барриат прибыл несколько дней назад, — ответил невольник.

— Джорей и Барриат под одной крышей. Да, это не слишком приятно.

Дверной раб улыбнулся.

— Хорошо, что вы вернулись, миледи.

Клара похлопала старика по руке, как только покинула душный и жаркий двор, и вступила в полутьму и прохладу их особняка. Она сразу увидела разбросанные вещи. Поникли стоящие в зале цветы в вазах. На полу, до сих пор не вымытом, лежал слой нанесенного ветром песка. Воздух был затхлым и душным, как бывает в помещениях, где несколько дней подряд не открывались окна. Джорей был слишком любезен с прислугой. Или же он вырос столь рассеянным, как его дорогой папенька. В любом случае, надо было что-то делать.

Она услышала голоса парней еще до того, как вошла в сад. Голос Джорея был выше, пронзительнее и более требовательным. Барриат же плевать хотел на его доводы, если считал их никчемными. С того времени, как Джорей научился говорить, эти двое вместе были как огонь и дождь, но целиком преданы друг другу. У Клары были точно такие же взаимоотношения с собственной сестрой. Никто, кроме меня, не вправе обижать ее, и только я буду портить ей жизнь. Любовь часто проявляется именно так.

Перед ступеньками, уходящими вниз, к летнему саду, она помедлила.

— Это просто наивно, вот почему, — сказал Джорей. — Ведь столько всего произошло, что они просто вцепятся друг в друга. Сейчас, когда уже не будет арендаторского собрания, мы получим новые зерна восстания? Если Северный берег на самом деле на краю очередного этапа непрерывных войн, отвлечется ли от нас Астерилхолд? И означает ли появление новосконструированных кораблей Халлскари увеличение числа пиратов в Эстинпорту и уменьшение его же в Таендаке? У тебя не получится взять то, что тебе нравится, и втиснуть это в другое. Мир намного сложнее, чем это.

— Выбор даже менее многочислен, нежели ты себе представляешь, брат, — сказал Барриат. Ты не найдешь тех, кто выступит против арендаторов или не поддержит Астерилхолда. Если тебе нужно одно, придется брать и другое. Ни одна семья не будет против смешанных браков, а также против торговли с Борджа. Король ведь не скульптор с новым камнем, который может сделать с ним все, что пожелает. Скорее он похож на того, кто пришел в мастерскую к скульптору, чтобы выбрать из предложенного.

— И ты считаешь, что принц — один из предполагаемых путей демонстрации его покровительства?

— Единственный, в котором есть смысл, — сказал Барриат. Если его величество окажет покровительство и материальную поддержку Даскеллину, и пошлет Астера взять опекунство над Маасом, он все еще будет говорить, что в долгосрочной перспективе королевство будет формироваться соответственно с позицией Мааса. Именно поэтому Иссандриан…

— Но если король…

Голоса звучали одновременно, ни один из мальчиков не слушал другого, а их аргументы сплелись в один уродливый узел. Клара вышла в сад, и уперла руки в боки, в притворном обвинении.

— Если так вы встречаете свою мать, то должно быть я вырастила вас с волками, — сказала она.

Ее мальчики улыбнулись, и подошли обнять ее. Возмужавшие, сильные, от них исходил запах мускуса и масла для волос. Казалось, только на той неделе, она могла взять их на руки. Они снова продолжили прерванный разговор, только сейчас, кажется, их словесная перепалка сосредоточилась на ней, и на том, что она лучше тех политиков при дворе. Клара лучезарно улыбнулась обоим и вошла в пышную зелень и бледные цветы летнего сада. Фонтан, по крайней мере, еще работал, вода омывала лицо задумавшейся над своим скудным нарядом бронзовой женщины-синнайки. Клара уселась на край фонтана, и начала стаскивать с себя дорожную куртку.

— Ваш отец, бедняжка, грыз себя, вернувшись домой, и для его и своей пользы, я приехала, чтобы создать хоть некое подобие нормальной жизни. Эти идиотские споры уже стоили мне добрую часть года, а мне просто необходимо увидеть дорогую Фелию.

Джори облокотился об увитую плющом стену. Со сложенными на груди руками, он стал похож на своего отца. Барриат присел рядом с ним, и засмеялся.

— Как я по тебе соскучился. Ни одна другая женщина не назовет первый за пять поколений вооруженный конфликт на улицах Кэмнипола идиотскими спорами, — сказал он.

— Мне жаль как дорогого господина Фаскеллина, так и всех, с кем случилось то, что с ним, — сказала резко Клара. — Но я, в отличие от тебя, не назову это ничем, кроме как идиотизмом.

— Мир, мама, мир, — сказал Барриат. — Ты, конечно же, совершенно права. Только это нечто такое, чего никто больше не признает.

— Ну, не представляю, почему бы и им не поступить так же, — сказала Клара.

— А отец знает, что ты собираешься обратиться к Маас?

— Знает, и прежде чем ты приступишь, могу сберечь твое время, так что, пожалуйста, не беспокой меня страшными сказками о господине Маасе, и всех тех ужасных вещах, которые он обожает делать.

Двое ее мальчиков переглянулись.

— Мама, — начал Джори, и она прервала его взмахом руки. Демонстративно повернулась к старшему сыну.