Читаем Путь Дракона полностью

Место, связанное с использованием оружия, несомненно находилось в востоке, среди гор и пустынь, окружавших Холлскар, Борху, Кешет и Пит. Конечно, это составляет огромный участок территории, большинство из которой почти непроходима. Но установив хронологию ссылок, и приняв во внимание, как за века изменились государственные и племенные границы, Гедер подумал, что способен решить задачу исходя из этих граничных условий. Так, например, одна из книг располагала Доброго Раба в восточном Кешете, но использовала устаревшее наименование. Другая называла восток Борхи, употребляя чуть более современный термин. Сравнивая, как менялась граница между ними в промежуточные столетия, Гедер мог бы рассчитать участок, не превышавший четырехдневного конного перехода с севера на юг. А теперь, когда определена местность, что называется Индеш, он бы в него мог пальцем ткнуть.

Впервые в жизни, приступил он к наброску собственного спекулятивного эссе по данному вопросу. Казалось маловероятным, что раздел о древней обуви Холлскари может быть полезен, но — не попробуешь, не узнаешь и, глубоко вздохнув, Гедер оперся на локти, и начал читать. Текст был не ахти какой, но он все еще чувствовал увлеченность предметом. Описание изменений в конструкции перемычек для пальцев, как путеводитель по расовому составу королевского двора было действительно увлекательным, учитывая, что исторические записи за последние шесть сотен лет были планомерно уничтожены за время правления Тирискии-адана. Предположения, что было время, когда до Хаавиркин Холлскаром правили огнеглазые Дартинаи было достаточно, чтобы брови Гедера поползли вверх. Он оказался настолько погруженным в текст, что не обращал внимания на крики, пока оруженосец не ворвался в палатку.

— Господин, — сообщил старик Дартинаи. — В городе. Что-то случилось.

Гедер поднял глаза, какое-то время мысли продолжали двигаться в прежнем направлении, отмечая, как смотрелся бы его оруженосец в царственных коже и золоте Холлскара. Гул голосов и скрежет метала наконец пробились в его сознание, и кровь застыла в жилах от страха. Гедер вскочил из-за стола и выбежал из палатки. Его воображение уже рисовало ему дым над стенами Кэмнипола, пламя Ванаи уже выкрикивало его имя. Дэйвид Брут, сын Фаллона, бежал по полю. Кровь окрасила его тунику алым.

— Кто-нибудь, помогите ему! — закричал Гедер, сорвавшись на визг. — Он ранен! На помощь!

Но люди уже бежали к раненому. Гедер оглянулся, отыскивая следы боя. Дыма нет. Огня нет. А крики все ближе и ближе. Шестеро подбежали к Дэйвиду Бруту, подхватили его, и потащили в лагерь на руках, как на носилках. Гедер поспешил им навстречу. Раненый потянулся к нему, как только увидел.

— Господин Паллиако!

Здесь я, — отозвался Гедер. Носильщики приостановились.

— Гладиаторы. Хотят взять ворота.

— Что?!!

— Гладиаторы со стадиона. Они у ворот. Пытаются закрыть их.

Бунт, мелькнула мысль. Бунт на улицах Кэмнипола.

И мгновение спустя. Нет. Это переворот.

К магу его, — приказал Гедер носильщикам. — Потом взять мечи. Объявляйте общий сбор! Построение!

Сначала в замешательстве, потом в в недоумении и страхе, лагерь начал приходить в порядок. Подскочил оруженосец с мечом и доспехами. Гедер схватил меч, потом вернул, и потянулся за броней.

— Некогда, — сказал появляясь Фаллон Брут. Лицо его было подобно грозовой туче. — Если они закроют ворота, мы не у дел. Быстрее, к черту доспехи.

Гедер сглотнул. Колени затряслись. Как со стороны он услышал себя, выкрикивающего команды, а потом — в руке меч, он, Брут и дюжина ванайских ветеранов бегут к восточным воротам по зеленому полю травы. Черный кожаный плащ хлопал за спиной словно крылья летучей мыши. Меч казался тяжелым и неудобным, и когда он добрался до ворот, дыхание было тяжелым и прерывистым. А под большой аркой восточных городских ворот створки уже начали закрываться.

— Ко мне! — крикнул Гедер, и бросился вперед. — Ко мне, ванайцы!

Он и его люди ворвались через сужающееся пространство, как горсть гороха, брошенная через окно — сначала самый быстрый, потом еще пара, а затем и вся куча. И двух часов не прошло с тех пор, как пребывающий в благодушном состоянии Гедер проходил через них, а ситуация коренным образом поменялась. Там, где были кареты и повозки, повсюду валялись трупы. За перевернутым прилавком с медовым драже и засахаренной лавандой стоял ряд лучников Ясуру, их чешуя отливала золотом. Они выпустили стрелы, и кто-то справа от Гедера упал, вскрикнув.

— Вперед! — завизжал Гедер. — Остановить их! Вперед!

Его люди бросились вперед, пригнув головы и вопя. Лучники отступили, а откуда-то справа, группа Йемму, в кожаной броне с нашитыми на нее стальными пластинами, с огромными двуручными мечами загромыхала к ним. С торчащими из пасти клыками в бутафорской крови, они казались выходцами из кошмара. Один поднял голову и завыл. В крике слышались слова. Гедер повернулся к отступающим лучникам, затем к наступающим мечникам, и снова к лучникам.