Читаем Пустые времена полностью

– Ну почему на Земле так часто идут дожди! – всхлипнула маленькая девочка.

Мама обняла ее и тихо спросила:

– Хочешь, я расскажу тебе сказку о дожде?

– Да, – ответила девочка.

– Когда Небеса открываются, – начала рассказывать мама, – на Землю приходят Ангелы исполнить желания тех, кто в них действительно верит. Ангелы существа безгрешные, но даже они ошибаются. Всякий раз, когда человек совершает серьезный поступок, у него за плечом стоит Ангел. Он кладет ему руку на плечо, такая у него работа. И человек делает первый шаг, который изменит всю его жизнь. Но Ангелы так же, как и люди, бывают нетерпеливыми или очень рассеянными, и люди выбирают совсем не то, что им на самом деле нужно. И тогда они теряют веру. Они не знают о том, что все Ангелы когда-то были людьми. А все люди когда-то были Ангелами. Мы живем так близко и встречаемся так часто потому, что перестали верить в существование друг друга. Ангелы ищут всех, кого они сделали несчастными, но тщетно. Несчастные люди больше не верят в Ангелов. Поэтому Ангелы плачут, а на Земле так часто идут дожди. Дождь – это и есть слезы Ангела, малыш.

– А когда светит солнце, – спросила девочка, – это значит, что Ангел исправил ошибку?

– Да. Чудеса случаются лишь с теми, кто умеет ждать и не перестает верить, – ответила мама. – И у нас с тобой впереди будет очень много солнечных дней, нужно только набраться немного терпения, – и она нежно поцеловала мокрые от слез глаза дочери.

****

Летний дождь вымывал из парка остатки весны. Листва на деревьях приобрела цвет темного изумруда, а нежный аромат сирени сменился терпким запахом жимолости. Он устало брел по аллее, радуясь тому, что густая листва скрывает от глаз огни фейерверков, и танцующие пары мелькают лишь тенями где-то далеко за деревьями, не отвлекая и не мешая идти и молчать. И только музыка «Strangers in the night» Фрэнка Синатра неотступно следовала за ним по пятам, переполняя мысли смутными, тягучими и болезненными обрывками воспоминаний.

«Неужели им никогда не надоест танцевать? Неужели им даже дождь не мешает?» – подумал он и свернул сквозь кусты к выходу из парка.

– Эй, вы не могли бы помочь мне?

На скамейке, спрятанной в тени разросшегося куста сирени, сидела совсем молоденькая девушка в легком светлом платье. Завидев редкого прохожего, она резко поднялась ему навстречу, словно боялась упустить свой последний шанс.

– Чем? – рассеянно спросил он и, только подойдя ближе, заметил, что и волосы, и платье у нее насквозь мокрые от дождя.

– Потанцевать, – робко замялась она. – Дело в том, что я не могу танцевать одна, я засну внезапно и упаду. Один раз я упала и рассекла бровь, было очень больно. Мне нужно, чтобы кто-то смог поддержать меня. Это же нетрудно, поможете?

– Зачем танцевать, если хочется спать? – совсем сбитый с толку, снова спросил он.

– В том-то и дело, что не хочется. Сон – маленькая смерть, болезнь, потеря света. А танец – это жизнь, – она взяла его за руку и повела обратно по аллее к танцплощадке.

«Наверно, тоже работает по восемнадцать часов к ряду и засыпает на ходу от усталости», – пожал он плечами и послушно последовал за ней.

– Strangers in the night, – пропела она, и хриплый голос Синатра затопил парк, они включили песню с начала.

Танцевали многие: и старые, и молодые, остальные же, стоя в сторонке, не отрывали взгляда от волшебного круга плывущих навстречу друг другу пар, словно все, кроме танца, вокруг замерло или вообще перестало существовать. Струи дождя, казалось, не только не мешали танцевать, а наоборот, заставляли людей все теснее прижиматься друг к другу, от чего танец становился более чувственным и интимным. Ростом она была много ниже его, и рука непроизвольно наткнулась на ее острые, как у всех подростков, лопатки. Эти девичьи крылышки, проступающие сквозь мокрое платье, так взволновали его, что он застыл на мгновение не в силах сделать первый шаг.

– Ну что же ты? – спросила она, и голос ее зазвучал слишком уж близко.

Пьянящее ощущение, словно сжимаешь в руках маленькую певчую птичку, а она бьется, стремясь улететь. Пронзительный трепет от власти и вседозволенности. Пораженный ее ранимой и доверчивой незащищенностью, он только крепче сжал ее в объятиях, и они поплыли по кругу.

– Знаешь, – снова заговорила она. – Я верю, что когда мы умираем, мы все уходим туда, где вечно звучит музыка, и люди танцуют в летнем парке под дождем.

– Почему ты веришь именно в это? – спросил он, чтобы что-то спросить.

– Потому что когда танцуешь, кажется, что летишь, и это очень красиво, – сказала она и смущенно представилась. – Меня зовут Настей.

– А я… – начал он.

– Я знаю, кто ты, – не дала договорить ему Настя. – Ты – мой Ангел–Хранитель. Я видела тебя во сне. Я верила, что однажды, когда в дождь небеса снова откроются, ты придешь ко мне.

Он лишь кивнул в ответ. Их многие так называли: «Ангелы». Проработав несколько лет в службе спасения, он разучился удивляться чему-либо.