Читаем Пустошь (СИ) полностью

Джиробо рванулся, но внезапно сильная хватка вновь вернула его на асфальт. И откуда в тонком теле Учихи силы только берутся?!

– Мне плевать на себя, – продолжил Саске, слегка напрягшись из-за внезапного рывка парня.

Нож замер в нескольких миллиметрах от потного, скрытого жиром кадыка толстяка.

– Но если ты хоть пальцем ещё раз тронешь этого придурка, – Учиха поморщился, словно от оскомины, – Узумаки…

Худая рука ухватила Джиробо за запястье, колено прижало конечность к асфальту, а нож уколол пухлый палец:

– Я отрежу тебе их все. Медленно, по одному.

Толстяк ощутил странную дрожь, что охватила его от этого уверенного, холодного голоса. Он неожиданно поверил, что так оно и будет… и счастье, если Саске остановится на пальцах.

– Отпусти, – буркнул Джиробо. – На хрен мне твой педик не сдался.

– Ошибка, – усмехнулся Учиха, сильнее нажимая на нож.

Тонкая струйка крови стекла по пальцу толстяка.

– Единственный педик здесь ты. Ты позволил себе опуститься гораздо ниже. Ты избил, зная, что тебе не ответят. Удовлетворил своё желание утвердиться за счёт чужой боли? – слова ледяным потоком лились с потрескавшихся губ Саске.

Джиробо шипел, пытаясь вырваться, но свой же вес сыграл против него: Учиха держал крепко, нажимая на какую-то болевую точку. Боль пронизывала всё тело, стоило бугаю пошевелиться. А рвануть быстро не давали габариты.

Кость в зажатой между асфальтом и коленом Саске руке сковало болью, словно она могла вот-вот не выдержать напора.

– Ничтожество, – придвинувшись ближе к уху парня, шикнул Учиха, – я могу убить тебя прямо сейчас, веришь?

Джиробо верил. Он был готов поклясться, что этот псих может всё…

– Но ты и так мёртв.

Саске брезгливо отпустил его, отходя и убирая нож в карман, а толстяк, тяжело дыша, смотрел в спину и не двигался с места. Он мог бы напасть сзади, ударить…

Но отчего-то не мог пошевелиться.

«Ты и так мёртв…»

Слова Учихи засели в голове, заставляя мозг впервые за жизнь работать над чем-то большим, нежели загадкой, где взять денег на курево и выпивку:

– Чёртов псих.

***

Уже почти стемнело, когда дверь комнаты Нагато открылась.

Полуспящий Наруто сразу заметил тёмную фигуру, которая, пошатываясь, буквально ввалилась внутрь:

– Эй!

Нагато, спокойно листающий какой-то журнал, подорвался к парню и подхватил за плечи, не давая налететь на тумбочку у дивана. Он скривился, почувствовав острый запах алкоголя, что исходил от Саске тугими волнами.

– Пьянь, – усмехнулся Нагато.

Учиха, выпрямившись, оттолкнул от себя чужие руки и с вызовом уставился на парня, словно готовясь нанести удар.

– Спокойно, – серьёзно предупредил Нагато. – Никто тебя не трогает.

– Молодец, – отозвался Саске, и запах алкоголя стал ещё сильнее.

Узумаки осторожно слез с дивана, настороженно смотря на вернувшегося парня. На бледном лице того виднелась подсохшая кровь, разбитая губа запеклась бурой корочкой, а костяшки пальцев были безнадёжно сбиты.

– Ты с кем? – выпалил Наруто, останавливаясь напротив Учихи.

– Отвали.

Саске хотел было пройти в глубь комнаты, но Узумаки остановил, ухватив того за плечи и заставив остаться на месте. Учиха поднял голову, чёрные волосы открыли узкое лицо, показывая, что разбитой губой дело не ограничилось. Синяк на скуле, содранный лоб…

Замечая взволнованный взгляд голубых глаз, что торопливо бегали по его лицу, Саске болезненно искривил губы в подобии усмешки:

– Таким тебе привычнее меня видеть?

Наруто хотелось приложить вдрызг пьяного Учиху чем-то потяжелее, отправляя того в вынужденный сон.

– Зачем? Зачем ты всё усложняешь? – спросил Узумаки, но легче было выпытать у пустоты, почему она такая пустая.

Саске будто его не слышал, сверля пьяным взглядом.

– Почему тебе насрать на всех?

Чёрные брови иронично дрогнули.

– Ты вообще, – Наруто вскинул глаза на парня, впиваясь в него взглядом, требующим ответа, – ты знаешь, что такое волноваться? Заботиться? Ты знаешь, что такое боль?

Очередная усмешка.

Но Узумаки не видел. Эмоции требовали выхода. Он устал, эмоционально был опустошён. В груди осталась только пустота, происхождение которой было совершенно непонятным, словно Наруто заразился этой блёклой темнотой от того, что стоял рядом и безразлично усмехался.

Только сейчас Узумаки начал понимать, насколько сильно он не знал этого человека и насколько сильно увязал в своём желании узнать. Насколько глупым был в нём же.

Смесь злости и обиды ударила в голову, и он резко толкнул пошатывающегося Учиху в плечи, заставляя отлететь на стену.

– Тебе плевать на всё! – выпалил Узумаки.

– Ребята! – вступился Нагато, пытаясь не дать разразиться драке. – Перестаньте!

– Ты уходишь и приходишь, когда тебе вздумается. Ты не думаешь о других!

Нагато ухватил Наруто за плечо, стремясь остановить его порыв, но в этот момент Саске ринулся вперёд, хватая Узумаки за шкирку и толкая на комод. Из-за опьянения движения были неточными, смазанными и шаткими. Пошатнувшись и отпустив того, Учиха сам чуть не рухнул на пол, споткнувшись о зарычавшего Пэйна, а затем всё же подлетел к Наруто, придавливая того к комоду.

Больно ударившись спиной о комод, Узумаки скривился и прошипел: