Читаем Пустошь (СИ) полностью

Блондин вскинулся на него, как-то безумно блеснув глазами, кривя губы в нервной улыбке.


- Давай ночью! Что бы было не видно!


- Наруто…


Узумаки быстро поднялся, толкая Учиху в грудь и придавливая рукой к стене, чтобы тот не свалил из комнаты вновь. Кипящее внутри требовало выхода, хотелось показать этому идиоту, что значит жить без сердца, с огромной дырой в груди.


- Я могу прыгнуть первым, - зашипел он. - А потом ты. Или как?


- Заткнись.


- А хочешь…сначала мы напьёмся тех твоих таблеток? - ещё шире улыбнулся парень. - Тогда точно не будет страшно. В чём дело, Саске? Ты ведь хотел, чтобы мы умерли вместе.


Брюнет, прижавшись затылком к кафелю, неверяще смотрел в серые от усталости глаза напротив. От улыбки Наруто становилось жутко, будто бы она была окровавленным куском чужой плоти, пришитой к заострившемуся лицу с глубокими бороздами на щеках.


- Ты будешь готов умереть вместе со мной, зная, что на этом закончится всё? Для меня, для тебя? Так ли ты любишь, Учиха? Так ли сильно любишь, что боишься остаться один.


Наруто провёл рукой по тёмной ткани футболки, что стала горячей от пара. Он потянулся ближе к парню, прихватывая свободной рукой того за шею и чуть склоняя к себе.


- Ты будешь один, если меня не станет. Вот чего ты боишься. Вот почему хочешь умереть вдвоём. Ты прав, без меня тебе нет жизни. Но не из-за твоей любви. А из-за страха.


Оттолкнувшись от Саске, блондин, едва не налетев плечом на стену, вышел из ванной, гулко хлопнув дверью. Он не злился. Ему было плевать на всё из-за забравшейся внутрь истеричной пустоты. Хотелось смеяться, и, казалось, будто бы это его крыша сделала ручкой в неизвестном направлении.


- Ты эгоист, Учиха! - прокричал парень, зная, что его услышат, и уже тише, падая на диван и обхватывая себя руками: - Чёртов эгоист.


Быстрые шаги разрезали тишину, и Наруто нехотя поднял голову, встречаясь с горящим взглядом напротив. Брюнет был похож на одну из тех теней, которых так боялся Узумаки всего несколько минут назад. А сейчас было всё равно.


- Эгоист? - прошипел Учиха. - Это ты мне говоришь об эгоизме?


Наруто не стал отвечать, на всякий случай закутываясь в плед. Вряд ли тонкая ткань сможет спасти от злости, которой напитался Саске, но…


- Скажи, Наруто, а ты хотя бы раз вспомнил о своих родителях? Твоя мать…ты сказал ей хотя бы толику правды?


За рёбрами завозилось неприятное и склизкое. Наруто всеми силами пытался не замечать собственных ошибок, заталкивая поглубже необходимость поговорить с родителями или хотя бы с матерью. А сейчас всю эту горькую правду, что он так усердно прятал сам от себя, вытягивали наружу промасленным мясницким крюком.


- Она знает, что с тобой? Она знает, что ты подсел на наркоту? Про твою рану знает?


- Это не имеет никакого отношения…


Учиха широко улыбнулся, странно качнувшись и ухватившись рукой за спинку стула.


- Не беги от этого, Наруто. Ты забил на всё вокруг. Ты был готов врать им, лишь бы не испытывать боли. Ты…не лучше меня.


- Иди к чёрту, Саске, - оскалился Узумаки. - Я хотел, чтобы ты остался жив.


- Да плевать мне на мою жизнь, идиот! Ты не меньше моего боишься остаться один. Без меня.


Наруто молча вцепился в плед, закручивая его сильнее и жалея, что не может сдавить невидимую удавку на собственной шее.


- Тебе достаточно знать, что я где-то есть. Но ты ведь никогда бы не отпустил меня. Сколько я не предупреждал…ты уничтожал себя и свою жизнь. И стал просто хреновым мастером в этом. Поздравляю!


Со всей силы ударенный ногой стул с грохотом повалился на пол, и Наруто всё же вздрогнул, вжавшись в диванную спинку.


- Прекрасно, - сухо проскрежетал Узумаки. - Ты готов нас убить, а я готов умереть, чтобы ты, дебил, жил.


- Ты всегда ищешь лёгкие пути.


- Лёгкие?!


Наруто не выдержал, резко подорвавшись с дивана и едва не запутавшись в пледе. Он со всей силы толкнул Учиху в грудь, заставляя того отшатнуться и налететь ногами на перевёрнутый стул. Саске пришлось ухватиться за письменный стол, дабы не рухнуть на пол, но его всё равно хорошенько занесло в сторону.


- Думаешь, мне легко было без тебя? Думаешь, я всё это из любопытства?


- Думаю, что ты тряпка, Узумаки, - зло прошипел тот, выпрямляясь и кое-как выпутывая ноги из спинки перевёрнутого стула. - Ты решил облегчить себе участь обдолбившись наркотиками!


- Не ты ли глотал таблетки? Смерть это разве не лёгкий путь?


И без того бледное лицо Учихи стало оттенком напоминать мокрый мел.


- Ты и меня убить решил, потому что…потому что так было бы легче, - кивнул Наруто. - Легче, потому что знать будешь, что тебя никто не держит. Да, Саске? Ты бы потом тоже…


- Замолчи.


- Мы оба бежим от боли. Ты не заметил? Ты не хочешь её принимать, я не хочу её чувствовать. Это так плохо?


- Это слабость.


- О, да. Напомни мне, какая я тряпка. Давай, - развёл руки Наруто, и плед всё-таки соскользнул на пол. - Ведь всё то, что я делал, так мало значит для тебя. Это пустяк по сравнению с тем, что Учиху Саске оставили. Бросили! Кинули!


Наруто не успел заметить, как Саске резко поменялся в лице. Брюнет, оттолкнувшись от стола, оказался рядом, цепляясь пальцами за горло Узумаки.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство