Читаем Пустошь (СИ) полностью

Хотелось вытащить её и закрыть рану руками, но подойти ближе к нему Узумаки не решался. Он видел, как мелко дрожат плечи, как кожа стремительно белеет, а на прокушенной губе выступает капелька крови. Слишком яркая для этого неживого лица.

Добей. Скажи одно лишь слово.


- Врал? - хрипло, слабо, но Саске это произнёс.


Сердце сделало один мощный удар, и вновь та же самая знакомая боль. Она обняла тело, притягивая к себе и призывая провалиться в холодную бездну. Наруто тяжело вздохнул, сделал шаг вперёд и…


- Ты, как все, - жёстко ударил Саске. - Лучше бы ты был призраком.


Комната пошла тёмными пятнами, как сгорающая плёнка чёрно-белого фильма.

Всё, что успел сделать Наруто, распахнуть дверь и, едва не повиснув на ней, сипло выдохнуть:


- Уходи. Всё.


- Всё? Я ещё не закончил, - упрямо мотнул головой Саске.


Узумаки поднял мутный взгляд на напрягшегося Нагато, что уже подался вперёд, застывая в дверях.


- Саске, уходи, - сказал красноволосый. - Тебе здесь нечего делать.


- А тебе? - прищурился Учиха, подходя ближе. - Тебе есть что делать здесь?


- Это мой дом.


- Тогда Наруто идёт со мной. Из твоего дома.


- Я не пойду.


Саске лишь бросил на него косой взгляд и вновь повернулся к Нагато.


- Он не хочет, - произнёс тот. - Оставь нас в покое.


- Нас?


Это стало последней каплей. Наруто понял это сразу и попытался ухватить Саске за руку, по тот оказался проворнее и со всего размаха приложил Нагато кулаком в лицо.

Узумаки хотел что-то сделать, как-то прекратить весь этот фарс, но его сильно пошатнуло, отбрасывая от двери спиной на звякнувший шкаф.

Всё плыло разноцветными пятнами, откуда-то доносились звуки ударов, но всё заглушал собственный пульс.

***

Саске толкнул Нагато на стену.

Наруто выбрал жилетку, которая была удобной.

Удар по незащищённым рёбрам красноволосого отозвался болью в едва заживших костяшках.

Нагато перехватил кулак раскрытой ладонью и надавил, удерживая.


- Больно, Учиха? - прошипел он. - Он выбрал меня.


- Заткнись.


Удар под дых, но Нагато ловко увернулся, саданув кулаком куда-то по почкам. А Учиха уже и забыл, что он умел драться.


- Вот и вся твоя любовь, - сплёвывая кровь, процедил Нагато. - Она закончилась.


Боль разодрала пальцы, вцепившиеся в чужое горло, рёбра опалило огнём, а за ними разлился холод. Учихе показалось, что в запястье с рыком вцепилось что-то, но он лишь дёрнул рукой, вновь вкладывая в удар всю свою злую силу.

Нагато умел драться, да.

Но он никогда не желал убивать. Он не мог позволить себе этого. У него были предохранители.

А всё, что сдерживало Саске, погибло, упало в рыхлую землю и сгнило. Теперь ничего не держит.

Никто не держит.

Горло под пальцами поддавалось, красноволосый хрипел, а кулак раз за разом ударял по рёбрам, пока рука не разжалась, странно дрогнув.

Нагато упал на пол, не в силах подняться, сжавшись и пытаясь прокашляться.

«Убей его», - ласковый голос в голове.


- Нет, - слабый голос у двери.


Саске, подняв глаза, встретился с голубыми озёрами, подёрнутыми туманом слабости, и, рванув к Наруто, схватил его за руку.

Он тащил его за собой, пнул дверь, выходя в подъезд и спускаясь по лестнице.

Нужно было бежать отсюда, пока тело не повернуло обратно.

Нагато оставался в живых вот уже второй раз и…ему везло.

Везло, чёрт его дери.

***

Наруто, кажется, плохо понимал, что происходит. Но сейчас он по-настоящему испугался Саске. Испугался того, что сделал с ним. Самый любимый в мире холод стал шипами, чёрные глаза - провалами в бездну, а окровавленные пальцы на запястье - металлическими щипцами.

Узумаки не понял, как оказался внутри салона. Эта машина, судя по треску рации, была такси, а водитель, судя по его пустому взгляду, одним из безразличных.

Привалившись виском к холодному стеклу, Наруто отсчитывал натужные удары сердца и думал, что вот-вот оно замолчит.

Так бездарно…

Так бесполезно.

Спустя вечность его выдернули из машины и куда-то повели. Закрывающиеся глаза, застланные тёмным маревом, ничего не различали, и Наруто был благодарен холодным рукам, потому что они не бросали его, поддерживали и задавали направление. Сам бы он сейчас не смог.

Саске толкнул дверь. Зашёл сам, а затем затащил внутрь вялого Узумаки, который практически сразу споткнулся о низкую спинку кровати и повалился на неё.

Хлопок двери, щелчок замка.


- Саске, - поднимаясь, позвал Наруто. - Зачем?


- Потому что ты…ты…


Саске, запустив руки в волосы, шипяще выдохнул. Он прошёлся по комнате, зло пнув шкаф и замерев посередине.


- Ты не мог…


- Мог, Саске, - кивнул Наруто и сел на кровати. Вздох получился тяжёлым, но болеть в груди немного перестало.


- Я не понимаю, - потерянно сказал Саске. - Не понимаю, почему.


Наруто с трудом поднял на него глаза, обжёгся о тёмное пламя и сморгнул непрошенную влагу. Ну какого чёрта, Узумаки?

Саске, не в силах стоять просто так, ударил кулаками по столу, упираясь ими, замирая с низко опущенной головой. Острые лопатки, сломанными остовами некогда бывших на их месте крыльев, изломанной линией исковеркали силуэт.


- Ты…такая же лживая тварь, - клокочуще выдохнул Саске. - Ты один из них…а я…а я идиот.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство