Читаем Пустошь (СИ) полностью

Учиха поднялся, убирая справку в свой кейс и оглядывая кабинет цепким взглядом. Он словно выискивал что-то…и декану становилось не по себе.


- Он хотел отрезать одному из ваших студентов пальцы, - сказал мужчина в пустоту. - А другому приставил пистолет к виску…


- О, Боже! - воскликнула женщина, прикладывая руку к губам в порыве наигранного ужаса. Только ужас был не в том, что какой-то парень хотел убить других, а в отсутствии страха в глазах декана. Эта информация прошла мимо неё, но тело среагировало, как отлаженный механизм - споро выдавило наружу ту эмоцию, которую ждал Мадара.


Довольно хмыкнув, Учиха подошёл ближе к ней и, навалившись руками на столешницу, навис над деканом.


- Вы понимаете, что Саске опасен для общества?


Она мелко закивала, почему-то откидываясь на спинку дешёвого кресла и пытаясь отодвинуться подальше от стола.


- Он ни при каких условиях не должен быть зачислен обратно.

***

Стоя у дверей деканата, Саске бесцельно скользил взглядом по полутёмному закутку и двери соседней аудитории. Оттуда доносились голоса и смех, но никто до сих пор не вышел. Зато дверь деканата открылась и из-за неё показался бледный, замученный Наруто.

Из Узумаки будто бы всю душу вытрясли те тридцать минут, что он провёл в коморке с главным вампиром института.


- Восстановили, - выдохнул Узумаки. - Теперь…документы.


Кивнув, Саске молча прошёл мимо парня, открыл уже захлопнувшуюся дверь и остановился в узкой комнатушке со столом секретарши.

Женщина, с пушистыми белыми волосами, посмотрела на него и, кажется, узнала, но сказать толком ничего не сказала.


- К декану, - сухо пояснил Саске, и секретарша кивнула на смежную дверь.


- Учиха? - удивилась женщина в тёмно-бардовом деловом костюме. Она спустила с напудренного носика очки в тяжёлой роговой оправе и удивлённо подняла брови, вглядываясь в застывшего у дверей парня.


В ней ничего не изменилось - всё также пытается казаться молодой, нужной и любимой. Только вот одиночеством и холодом от неё несёт посильнее, чем приторно-сладкими духами.

Сколько не заливайся ты этой ароматной водой, но вонь от гниющей души не заглушишь.

Окинув его взглядом, она указала на кресло перед столом и вновь вернулась к просмотру каких-то бумаг.

Опустившись на предложенное место, Саске уставился на толстые пальцы декана. Аккуратный ярко-красный маникюр на этих грубых отростках смотрелся нелепо, как и тонкие золотые кольца.


- Я хочу восстановиться в вашем институте, - сказал он, поднимая глаза на её очки.


- Оу, - женщина вздёрнула густо подрисованные брови.


Саске ждал чего-то более информативного, но в ответ слышал лишь размеренное тиканье часов, да шум проезжающих за окном машин. Декан отчего-то молчала, продолжая невидяще скользить взглядом по листу бумаги, словно надеясь, что тот сможет отгородить её от Учихи.


- И всё? - спросил парень.


Она всё-таки отложила документ в сторону и, сложив руки на столе, подалась вперёд, разглядывая парня с какой-то ленивой цепкостью.


- Я не могу восстановить вас.


- Почему?


Декан вздохнула с таким видом, словно маленький ребёнок не понимал, что тыкать ножом в кошек - неприлично.


- Ваше состояние…


- Я здоров, - жёстко отрезал Саске.


Женщина даже вздрогнула, поймав его взгляд стёклами съехавших на нос очков, и поспешила вернуть оные на место.

Хмыкнув, она достала из ящика стола какой-то бумажный прямоугольник размером с ладонь и протянула его Учихе. Забрав его, Саске непонимающе уставился в убористый, но всё же непонятный подчерк, который был опознан, как медицинский.


- Вы проходили лечение в психиатрическом стационаре, и, насколько мне известно, оно не дало результатов.


Пробежавшись взглядом по диагнозу, Саске отбросил копию справки на стол и усмехнулся:


- Откуда это у вас?


- Не могу сказать, - самодовольно развела руками женщина, буквально раздуваясь от собственной важности. - С вашим диагнозом…я не понимаю, как вы всё ещё не в подходящем для вас месте.


- Не в дурке? - подсказал Учиха, посмотрев женщине в глаза.


Та, вздрогнув, вновь откинулась на спинку кресла и неуверенно кивнула.


- Ушёл. Не понравилось, - поморщился парень и, жутковато улыбнувшись, добавил: - Кормят паршиво и…убивать мешают.


Декан стремительно побелела, наблюдая за тем, как парень медленно поднимается.

Саске чувствовал её взгляд меж лопаток, когда выходил из кабинета, а пыльный налёт не пропал с кожи даже на улице.

***

Значит, в институт ему дорога заказана. Учиха без особого сожаления окинул взглядом жёлтое трехэтажное здание, похожее на старинный особняк, будто бы прощаясь с ним раз и навсегда. Здание он любил, как и узкие коридоры, как и просторные лекционные залы и какую-то непередаваемую атмосферу, что царила в аудиториях. Кирпич, эти массивные колонны и окна ведь не виноваты, что внутри поселились такие люди, готовые поверить какому-то клочку бумаги без особых попыток разобраться и проверить самостоятельно.

Трель телефона раздалась неожиданно, и Саске неспешно достал трезвонящий прямоугольник из кармана, прикладывая к уху и выдерживая привычную паузу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство