Читаем Пустошь (СИ) полностью

- Нагато! - крикнул блондин и оказался рядом с выходом. Вот только переступить порог не посмел: тяжёлый взгляд в спину был той самой нитью, которая держала. Если она лопнет сейчас, то новую сплести не удастся, какие слова не вкладывай.


Проследив за тем, как машина Нагато скрылась в темноте, Наруто бессильно опустил голову.


- Ещё успеешь догнать, - бросил Саске, проходя мимо и чуть задевая плечо.


Учиха громко спустился по ступенькам, останавливаясь рядом с разлапистым кустом сентябринок.


- Я не собираюсь никого догонять.


- Я бы на твоём месте подумал дважды. Такого друга теряешь.


Наруто молчал, сжимая дверь и желая хлопнуть ею посильнее, отгородиться от наступающей темноты и холода. Но пальцы будто парализовало.


- Кому жаловаться будешь?


- Тебе, - тихо ответил Наруто.


- А что я? Я Учиха Саске, который по мнению большинства махровый эгоист, существующий только для себя, любящий только себя и то…под вопросом.


Голос Саске страшно дрожал, ломался и рассыпался нервными нотками, превращающимися в шипучие искры.


- Ты не такой.


Наруто всё-таки отпустил дверь, и, к его удивлению, земля не ушла из-под ног. Он осторожно спустился, подходя ближе к неестественно выпрямленному Саске, протянул руку, не решаясь пока коснуться плеча.


- Ты другой, - упрямо произнёс блондин, и рука сжала холодную и влажную ткань футболки. - Ты приносишь много боли, Саске, но…я знал, что так будет.


- Так какого хера…какого чёрта, Наруто, ты до сих пор мучаешься? - едва слышно выдохнул Учиха. - Тебе нравится боль? Тебе правда она нравится?


- Мало кому нравится боль.


Саске повернулся так резко, что Наруто пришлось отшатнуться. Не от неожиданности, а от того, каким он увидел Саске. Лицо, полное эмоций, блестящие глаза, разбитые губы, искажённые болью черты. Если бы она была физической, ему бы было не так паршиво, но это чувство исходило откуда-то из глубин его странной души.


- А ты?! Чем ты такой особенный?!


Саске положил руки на его плечи, не сжимая, но сдавливая так, что не вырвешься. Но Наруто и не хотел, не собирался даже.


- Ничем. Я обычный, - пожал он плечами.


- Обычный.


Губы Саске скривились, словно бы он пытался улыбнуться, но не получилось.


- Ты придурок, Узумаки. Ты был им и остаёшься. Ты идиот, чёрт тебя дери. Какого…какого чёрта…


Он обнял его так сильно, что на миг Наруто показалось, будто бы Саске захотел переломать в нём все кости. Саске вцепился пальцами, уткнулся лицом в сгиб шеи, цепляясь и прижимая к себе.


- Я… - тихо выдохнул Учиха. - Я разрешаю тебе уйти, Наруто.


- Саске?


- Не перебивай. Ты можешь уйти, если хочешь. Правда, можешь. Я больше не могу быть в ответе за твою жизнь, я больше не смогу…и ты не сможешь. Мы…


Саске задохнулся собственными же подступившими к горлу чувствами. Они были слишком яркими для того, кто отвык от них, кто привык видеть только чёрное и белое, наплевав на ненужные оттенки. И сейчас они мстили, накрывая с головой, забивая глотку и пронзая лёгкие битым стеклом.


- Мы убиваем друг друга, ты знаешь. Это всё неправильно. И все они правы, Наруто. Чёрт их дери! Они правы!


На спину неуверенно легли едва весомые руки, и Учиха отпрянул от блондина, словно кипятком ошпаренный. Он прошёлся до куста сентябринок, ударил по ним ногой, поднимая в воздух блёклые лепестки и зарываясь пальцами в волосы.

Наруто следил за парнем, что, кажется, совершенно потерялся в своих чувствах. Он впервые за долгое время не знал, что делать, как успокоить и как успокоиться самому. Рядом с Саске было страшно, рядом с ним было больно, невыносимо и Учиха был прав: закончится всё это чьей-то смертью. Но…

Как может быть по-другому.


- Решай, - каркнул брюнет. Его спина мелко подрагивала, руки сжимались в кулаки.


- Саске, - позвал он. - Перестань, а то я тебе врежу. Я ведь тебе уже говорил. Что изменилось?


- Наруто! Твоё сердце изменилось! - прокричал Учиха, резко поворачиваясь. - Из-за меня! Как ты не поймёшь?!


Столько эмоций во всегда спокойном голосе ставили в тупик, заставляя непонимающе таращиться на то оголившееся своими чувствами существо, что тревожно вглядывалось в его лицо, что сжимало кулаки и зло хмурило чёрные резкие брови.


- Моё, - спокойно кивнул Наруто. - Ничего с ним не будет. Это ведь лечится…


- Да как ты…


- Ты волнуешься? - неожиданно понял Узумаки и едва не улыбнулся. Для улыбок было совершенно неподходящее время: казалось, ещё чуть-чуть, и Саске всё-таки ударит.


Учиха замер.


- Ты испугался, - догадался Наруто, и Саске сделал шаг назад. - Из-за меня.


Но не смотря на попытку брюнета отдалиться, Узумаки приблизился, протягивая руку и опуская её на дрогнувшее плечо.


- Всё хорошо, Саске, - тихо произнёс он. - Я не уйду. Я просто не смогу…


Парень лишь отрицательно покачал головой.


- Только ничего не говори, - поморщился в ответ блондин. - Ты умеешь портить всё…


- Ты прав. Портить.


- Ну вот, - примиряюще улыбнулся Наруто, подходя ближе. Осторожно, словно к раненному зверю, который из-за собственной боли может ударить в ответ. Он просто будет защищать то, что уже открыл. Не смог сохранить в тайне.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство