Читаем Пустошь (СИ) полностью

Позвать незнакомца с такими тараканами в голове к себе домой было рискованно. Да и не хотелось. Дом – это дом. Туда нет хода всяким психам, которые своими словами могут извратить даже самое светлое.


– Я спать тогда, – вымученно улыбнулся Узумаки, чувствуя себя последним мерзавцем. Хотя он-то ему ничем не обязан. Скорее наоборот – Саске обязан ему.


– Спи.


Наруто покинул кухню. Куда идти спать в чужой квартире он не представлял, но в зале было пусто, и диван так манил, что парень в который раз плюнул на приличия.

***

Учиха допил бутылку, которая под конец шла совсем туго. Опьянение ударило в голову, и, когда парень поднялся, его слегка пошатывало.

Держась за стены, он уныло поплёлся в ванную, догадываясь, что от него несёт тиной и завтра будет только хуже.

Остановившись у зеркала, тот взглянул на своё отражение. С того момента, как он видел себя в больничной ванной, мало что изменилось. Разве что глаза стали спокойнее, а волосы торчали в разные стороны. Но что-то изменилось.

Палец неровно ткнул в лоб отражения, надавливая на холодное стекло.


– Ты здесь, – прошипел Саске, с ненавистью глядя на свой лоб.


Отражение скалилось в какой-то жутковатой улыбке, и Учиха не мог гарантировать, что это улыбался именно он, а не разум играл с ним в какие-то непонятные игры, отдающие дешёвыми ужастиками.


– И ты сдохнешь вместе со мной, – проговорил он немеющими от спиртного губами.


Саске полностью осознал это странное чувство отторжения. Словно это не с ним, словно это не он сейчас смотрит из зеркальной глади, криво улыбаясь бледными, искусанными губами.

Словно там был какой-то враг, которого нужно было непременно устранить.


– Не вызывай жалости, – ожесточённо, сквозь зубы. – Не жалей себя.


Палец с противным звуком соскользнул по зеркалу. Рука ударилась о стеклянную полочку, разноцветные склянки сыпанули в стороны, запястье обожгло жаром. Кажется, на полке остался какой-то красноватый след, но Учиха лишь тихо засмеялся, опускаясь на край ванной.

Он не был уверен, что вполне здраво мыслит. Но ему было смешно. Смешно из-за того, как прыгает по полу пузырёк из-под духов, как нелепо и совсем не к месту в ведре лежит зубная щётка.

Смешно.

В кармане что-то хрупнуло, когда Саске провёл руками по ногам, пытаясь унять дрожь. Он недоумевающе уставился на клочок картона, что слегка помялся и намок после прыжка с моста, но всё же уцелел. Каким-то чудом парень переложил его…скорее всего, машинально.

Номер и имя – Орочимару.

Покрутив визитку в пальцах, тот направился в прихожую, где взгляд когда-то зацепился за синий аппарат телефона. Пальцы не слушались, пару раз пришлось сбрасывать и набирать заново, слегка пошатываясь от алкоголя и накатившей слабости.

Наконец номер был набран, в трубке послышались долгие гудки, а затем кто-то ответил ничуть не сонным голосом:


– Алло?


– Забери меня, – тихо сказал Учиха, даже не спрашивая: правильно ли попал.


– Кто это?


– Саске.


– А… Саске, – кажется, Орочимару довольно улыбнулся, – так быстро припекло?


Парень крепче сжал пластиковую трубку, чувствуя, что вот-вот сбросит вызов. Просить что-то было против его природы… тем более, когда не соглашались сразу:


– Мне некуда идти.


– Иди домой, – воскликнули в трубке, словно пролили истину на заблудшую душу.


– Я не хочу домой. Ты приедешь или нет?


– Адрес.


========== Глава 2. Доктор. ==========


«Доктор мой принёс с собой

Стерильный белый порошок

Заботливо сказал:

Лечись, дружок».

Ночные Снайперы – Доктор.


Машина Орочимару остановилась у обычного серого дома в пять этажей. Мужчина выглянул в окно, разглядывая редкие прямоугольники окон и ожидая. Он не был настроен на долгое пребывание в чужом дворе, ведь время уже перевалило за второй час ночи, а завтра с утра научное собрание, где тот собирался представить часть своей работы. Он был уверен в том, что будет иметь успех, но выспаться всё равно не мешало бы.

Спустя пять минут дверь подъезда открылась и по ступенькам быстро сбежала какая-то чёрная тень, на проверку оказавшаяся его бывшим пациентом.


– Садись, – кивнул на соседнее сиденье тот, когда Саске остановился у его окна, щерясь и пытаясь высмотреть знакомое лицо.


– И зачем ты сбежал? – тихо спросил Орочимару, когда Учиха опустился на свободное место, захлопнув за собой дверь.


Парень поставил на колени чёрный рюкзак, стянул с головы капюшон лёгкой ветровки и посмотрел на доктора так, словно тот задал самый глупый вопрос в мире.


– А что я забыл в вашей грёбаной клинике? – с вызовом бросил Саске.


Орочимару, усмехнувшись, извлёк из кармана небольшой пузырёк и звонко потряс им:


– Вот это, например.


Он кинул пузырёк на колени к Учихе, и тот недоверчиво поднял его на уровень глаз, пытаясь рассмотреть содержимое за тёмными стенками склянки:


– Что это?


– От боли. Поможет, – как-то странно улыбнулся Орочимару, нажимая на педаль газа. – Но эта не единственная склянка, которая тебе скоро понадобится…


– Решил подкупить меня таблетками? – фыркнул Саске, но пузырёк сжал в кулаке.


– Нет, – пожал плечами мужчина, выезжая на главную дорогу. – Пытаюсь объяснить тебе, что жить без всего того, что могу дать я, будет очень трудно.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство