Читаем Пустошь (СИ) полностью

Узумаки раздражённо дёрнулся, поднимаясь самостоятельно и глядя на Джирайю странными, мутными глазами. Отшельник печально покачал головой, даже не пытаясь улыбнуться ободряюще. Глаза старика видели многое и как будто насквозь, а то, чтобы прочитать написанное на лице блондина особых усилий нужно не было.

Наруто зло глянул на застывшего чёрной статуей посреди дороги Итачи. Парень не смотрел по сторонам, уткнувшись взглядом в землю, и лишь зрачки его двигались, словно он читал что-то или пытался разглядеть.


- Что ты сделал? - прошипел Наруто.


- Я…


Итачи лишь выдохнул, чувствуя вставший в горле ком.


- Что ты сделал?! - твёрдо повторил Узумаки, сжимая кулаки. Пальцы саднило, и было больно двигать ими, натягивая стянутую подсохшей кровью содранную кожу.


- Думал…что так будет лучше…


- Лучше?


Джирайя не узнал голос своего крестника, сжимая руку на его плече. Хриплый, едва слышный и полный раскалённого железа, что сыплется с губ крупными каплями.


- Наруто, оставь его.


Парень дёрнулся, скидывая с плеча руку отшельника. Немигающий взгляд уставился на бесстрастный профиль и, если бы мог, прожог это ненавистное лицо.


- Куда они его увезли?


- Я…не знаю…


Это было уже слишком. Наруто хотел броситься на Итачи, вколачивая в его растерянное лицо кулаки, пока костяшки пальцев не превратятся в труху, пока с губ старшего Учихи не сорвётся последний вздох.

Опьяняющая злость накрыла с головой. Она была всем, она была тем единственным спасающим от Пустоты барьером. Злость помогала дышать, резкими толчками выбрасывая из лёгких воздух и тут же заставляя втягивать его носом.

Злость…

Ненависть…

Но чем он будет лучше?

Клокочущий выдох сорвался, он прикоснулся рукой ко лбу, прикрывая глаза, и его пошатнуло. Откинуло на вовремя подставленные руки отшельника, а дальше…

Дальше было какое-то разноцветное марево.

Кажется, его вели куда-то, кажется, усадили в кресло, накинув на плечи плед и всучив в руки горячую кружку.

А он не видел всего этого.

Наруто смотрел перед собой совершенно бездумным взглядом. По щеке стекала тёплая капля крови, и Узумаки как-то отрешённо отметил, что, видимо, его хорошо приложили о землю.

Вытертый дощатый пол перед глазами пошёл рябью, и Наруто сморгнул, чувствуя, что глаза режет уже не первую минуту. Высохшие белки колкой болью прошлись по двинувшимся вниз векам, и Узумаки спешно распахнул их.

Пустота. Она окутывала тело холодным коконом.

Что дальше?

Это что? Конец?

Ведь…ведь это не дом, откуда Саске можно просто так увести и откуда он сможет уйти сам.

Это не то место, куда пускают посторонних.

Там, как и в больницах, близость меряется родством и часто эта мера ошибочна.

Саске…

Губы уткнулись в край кружки, и Наруто попытался вдохнуть аромат горячего напитка. Наверное, это был чай, но запах и вкус остались в другом мире.

Белая и мутная, как разведённое в воде молоко, пелена отгородила Наруто от всего остального. От Джирайи, суетливо выставляющим на столе ряд склянок, от вошедшего в комнату Итачи.


- Я не знаю что делать, - тихо произнёс Наруто. - Не знаю.


Джирая обеспокоенно обернулся на крестника и укоризненно покачал головой. Присутствие Итачи не беспокоило отшельника, хотя и могло вызвать очередную вспышку злости у мелового Узумаки.

Ведь всё не могло вот так вот закончиться. Саске не мог так просто пропасть из его жизни прямо сейчас. Наруто ещё не был готов попрощаться, отпустить и смириться. Зная, что Учиха жив и что он не в лучшем месте, оставить всё это просто так блондин не хотел. Поверить в свою беспомощность, в закончившиеся вереницы вариантов…

Всегда есть способ что-то изменить.

Просто его не видно сразу.

Резко дёрнувшись, Наруто поднялся из кресла, роняя плед и кружку на пол. Он даже не заметил печального звона старого фарфора и того, как несколько обжигающих капель попали на джинсы.


- Нужно…нужно что-то делать, - выпалил он и сделал шаг вперёд.


В груди больно ухнуло, словно сердце ударилось о рёбра, хотя показалось, что так оно и было. Рука сама собой прижалась к груди в нелепой попытке поймать обезумевший комок острой боли. Дыхание моментально перехватило, и оно застряло в горле, острой бритвой раздирая горло.

Наруто успел вскинуть глаза на Джирайю, а потом всё начало заваливаться набок.

Или же падал он…

Отшельник заметил это слишком поздно и успел лишь подхватить парня под голову, не давая тому удариться затылком о пол.


- Наруто! - выпалил мужчина.


Бледное лицо исказила гримаса боли, ответа не последовало, лишь судорожное дыхание и метающиеся под веками глазные яблоки.


- Что с ним?


Джирайя, с трудом отцепив руку Наруто от его же футболки, приложил ухо к груди парня, различая слишком быстрые удары сердца.

Дело плохо. Очень плохо.


- Подержи его голову, - металлическим голосом приказал отшельник, метнувшись к шкафу со склянками. В том, что Итачи последует его приказу, мужчина не сомневался и оказался прав. Когда он вновь опустился рядом с крестником, Учиха уже придерживал его голову за виски.


- Это должно помочь…


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство