Читаем Пустошь (СИ) полностью

Саске мысленно представил, как выпадет снег, покроет улицы тонким белым слоем, как небо станет серым, а ночами красным. Он вдохнул воздух, пытаясь почувствовать тот морозный вкус на языке, но вместо этого ощутил сырость прелых листьев.

Хотелось ловить пушистые хлопья снега, хотелось сорвать с крыши сосульку и вгрызться в неё до ломоты в зубах. Хотелось упасть в сугроб, запустить в него руки так, чтобы сердце больно кольнуло холодом.

Хотелось…

Но Саске понимал, что всего этого уже не увидит.

Осознание этого пришло вместе с пробуждением. Вырываться из липкого сна было трудно. Держало что-то холодное, обещающее покой.

И Учиха боялся, что если сейчас не встанет, то так и останется лежать весь остаток кончающегося времени.


- Саске… - тихо позвал Наруто, кажется, уже не в первый раз.


Брюнет обернулся на него, сощурившись. Даже жёлтый свет фонарей больно бил по глазам, отзываясь тупой болью в черепе.


- Ты в порядке?


- Да.


Вновь отвернулся, смотря себе под ноги.


- Но я же вижу… тебе плохо.


- Ты хочешь убедить в этом меня или себя? - прыснул брюнет, сжимая кулаки в карманах.


- Я просто хочу знать, почему ты мне не доверяешь.


Голову вновь кольнуло болью, уже навязчивее. Постепенно череп протыкали тысячи иголочек, и каждый шаг отзывался новым уколом. Но всё это было внутри, а на лицо пришлось натянуть привычную уже маску. Нельзя… просто нельзя показывать, что тебе плохо. Что ты слаб.

Ведь Учиха и так не мог держать себя в руках тогда… и это пошатнуло собственную же веру в себя. Нельзя.

Никому не нужны слабые. Даже друзьям.

Если ты слаб - ты не сможешь вытерпеть всё то нытьё, которое человек готов выплеснуть на тебя.


- Кому нужны мои проблемы?


- Ну… если я с тобой, то мне нужны!


Скользнув по Наруто скептическим взглядом, Саске вновь отвернулся.


- Ты не со мной.


- А где же я? - усмехнулся Узумаки. - Я с тобой двадцать четыре часа в сутки! Бесплатно, заметь.


Блондин пытался нелепыми шутками разбить сковавшее их напряжение. И от этого становилось только хуже.


- Быть в одной комнате и быть с кем-то - две большие разницы.


- Отчего же? - упрямо спросил Наруто, вглядываясь в профиль Саске.


Тот пожал плечами.


- Я не чувствую тебя… рядом.


- А как это? Рядом?


Учиха поджал губы. Что Узумаки надо? Что за глупые разговоры?


- Слабым ты никому не нужен.


- Чушь! Тебе бывает плохо, но я же не ухожу!


- Охереть, какой ты у нас уникальный, - фыркнул Саске.


- Не уникальный, - пожал плечами блондин. - Просто я не хочу тебя оставлять.


- Я же говорил, что у тебя с головой проблемы. Побольше моего.


Сухая усмешка вышла почти беззлобной, и Наруто внезапно почувствовал, что Саске не пытается сделать ему больно, он просто разговаривает.

Хотя бы сейчас…


- Людям всегда нужны жилетки, - продолжал гнуть своё Учиха. - А кто захочет плакаться в дырявую жилетку?


- Ну я же тебе не плачусь!


- Тебе нечем. Ты придурок, а придурки обычно не парятся.


- Сам ты придурок, - обиженно фыркнул Наруто. - И хватит меня так называть.


- А как мне тебя называть?


Они подошли к переходу, и, хотя машин не было, горел красный для пешеходов, и парни замерли. Тишина ночи действовала успокаивающе…


- У меня есть имя…


- Для меня ты придурок.


- Хорошо. А для меня ты - засранец, - улыбнулся во все тридцать два зуба Узумаки.


- Замечательно, - кивнул Саске, первым двигаясь по переходу.


Когда они оказались на той стороне, Наруто внезапно буркнул:


- Ты не веришь людям.


- О, гений. Как же ты догадался?


- Саске… люди не все мрази.


- Все, - твёрдо заявил Учиха. - Без исключения. Даже я. И ты. Стоит только прижать, и ты жопу свою разорвёшь, чтобы найти выход. Забудешь: и про мораль, и про совесть, и про любовь. Каждый хочет выжить.


- Ну ты-то не забыл…


- А не я ли тебе пистолетом в лоб тыкал?


Короткий взгляд на задумчивое лицо Узумаки. О, Небо. Этот придурок ещё пытается вдумываться в его слова.


- Дерьмовый у тебя мир. Так не бывает.


- Повзрослей, малыш, - криво усмехнулся Учиха. - Если мой мир дерьмо, то это не значит, что он не реален.

***

К площадке они дошли уже с рассветом. Хотя таковым его было назвать трудно. Серое небо нависало над головами, рваные синие облака расползались по этому холсту. Стало заметно холоднее, что не давало сну подкрадываться слишком близко.

Наруто шёл последние двадцать минут молча, обуреваемый желанием прилечь прямо на асфальте, по которому скользил взглядом. Он внезапно уткнулся в остановившегося Учиху и выставил перед собой руки, хватаясь за куртку брюнета от неожиданности. Но тот будто и не заметил, смотря перед собой.


- Саске, что…


Договорить Наруто не смог, проследив за взглядом Учихи.

Площадка с беседкой…

Это место сравняли с землёй безжалостные жёлтые машины, стоящие чуть поодаль и ждущие своих хозяев. Не было: ни старых качелей, ни покосившегося металлического забора, с облезающей жёлтой краской, ни заплетённой диким виноградом беседки…

Чистый пятак земли, а за ним поле и убегающая вдаль дорога.

Ветер пошевелил засохшие листья.


- Здесь нет ничего, - выдохнул Учиха, судорожно скользя взглядом по этому месту. - Пустошь…


========== Глава 2. Wasteland. ==========


Глава 2.

Wasteland.


«Crouched over

You were not there

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство