- Ах ты скотина, - бросила она, и я почувствовал, как ее руки под моими дернулись. - Избавься от нее, - она по-прежнему говорила шепотом, а потом повысила голос. - Отведи свое войско к Честеру, лорд Утред. Там есть для тебя работа.

- Хорошо, госпожа, - ответил я.

- С тобой отправятся пятьдесят человек, - провозгласила она, - а также принц Этельстан.

- Да, госпожа, - согласился я. Это было разумно, подумал я, удалить Этельстана как можно дальше от Этельхельма с его гнусными намерениями.

- Я последую за тобой как только смогу, - объявила Этельфлед, - но сначала нужно кое-что сделать здесь, - теперь она говорила уже со всем витаном. - нужно раздать земли и распределить ответственность. Епископ Вульфхед?

- Госпожа? - забеспокоился он.

- Ты был самым ценным советником моего мужа. Я надеюсь, ты останешься во главе моего совета?

- С Божьей помощью, госпожа, я надеюсь послужить тебе, как служил ему.

В голосе этого ублюдка слышалось явное облегчение. Этельфлед пленила людей Эрдвульфа, так что они поклялись ей в верности, и теперь принялась за сторонников покойного мужа. Публично назначив Вульфхеда, она давала понять, что им нет резона опасаться ее враждебности. Но она всё равно вызвала гнев Этельхельма. Я наблюдал за ним, подойдя к краю помоста, и видел его злость, его обычно доброжелательное лицо стало напряженным и яростным. Он будет ждать, пока она совершит ошибку или потеряет земли, отдав их язычникам, и тогда использует свои деньги и влияние, чтобы ее сместить.

А если какие-то земли и могут быть потеряны, то это произойдет на севере, и потому я должен отправиться в Честер, этот город еще не был в полной безопасности от врагов. Там еще было много работы и норманны, с которыми предстояло сражаться.

Но сначала я должен найти меч.

Часть третья: Бог войны

Глава восьмая

Весла опускались, делали размеренный гребок и снова поднимались. Длинные лопасти весел рассекали воду, выбрасывались вперед и опять погружались. Корабль мчался вперед с каждым затяжным гребком, но замедлял ход, когда весла врезались в светло-зеленые воды Сэферна. Мы не торопились, отлив и течение реки несли нас к морю, а удары вёсел лишь держали на нужном курсе Троицу, позволяя управлять рулевым веслом. Финан напевал медленную заунывную песню на своем ирландском наречии, отмеривая такт для гребцов, налегавших на весла Троицы. Все больше людей перебиралось на нос, лениво глядя на заросли тростника, приминаемые на пути Троицей. Троица! И кому взбрело в голову назвать корабль в честь Святой Троицы? Мне еще не повстречался ни один священник, монах, монахиня или ученый, кто смог бы мне объяснить значение Троицы. Три бога в одном? И один из них святой дух?

Прошло три дня с провозглашения Этельфлед правительницей Мерсии. Я присягнул ей на верность и тут же снял крест, висевший у меня на шее, передав его Финану и сменив христианскую побрякушку на привычный мне молот. Покончив с этим, я схватил за шиворот отца Цеолберта и выволок его из большого зала. Этельфлед сделала мне резкое замечание, но я не обратил на нее внимания, вытащив визжавшего священника в галерею, где припечатал его к стенке. Подняв и придавив священника, я вызвал мучительные боли в ребрах, в воздухе разлился мерзостный запах вытекающего гноя, но мой гнев намного превосходил эту боль.

- Ты лгал мне, беззубый ты ублюдок, - зарычал я.

- Я... - начал он, но я опять его придавил, его лысеющая голова стукнулась о каменную кладку римской стены.

- Ты говорил мне, что не знаешь дальнейшей судьбы Ледяной Злобы, - продолжал я.

- Я... - он сделал очередную попытку, но я вновь не дал ему возможности заговорить, с силой прижав к стене и заставив заскулить.

- Ты унес меч с поля битвы, - сказал я, - и принес его сюда. - Об этом мне рассказала Эдит. Она видела священника, несущего меч. Ее брат Эрдвульф предложил выкупить клинок, но Цеолберт отказался, пояснив, что он обещан другому. - Так где же он? - спросил я, но Цеолберт молчал, лишь с ужасом уставившись на меня. Из дверей зала вышел Финан, удивленно подняв бровь. - Нам придется выпотрошить лживого священника, - сообщил я ирландцу, - но не торопясь. Дай мне нож.

- Господин! - прохрипел Цеолберт.

- Ответь мне, гнусный ты подонок, что ты сделал с мечом Кнута.

Он лишь вновь заскулил, так что мне пришлось взять протянутый Финаном нож. Лезвие было наточено и выглядело толщиной с перышко. Я улыбнулся Цеолберту и взрезал его черную рясу, пока острие не уткнулось ему в живот.

- Я медленно выпотрошу тебя, - обещал я, - ужасно медленно, - я почувствовал, как острый как игла клинок проткнул кожу, вызвав хныканье. - Так где он?

- Господин! - задыхался он.

Я не собирался его разделывать, но он решил, что именно так я и поступлю. Он судорожно разевал рот, остатки зубов отбивали дробь, а потом он наконец сумел заговорить.

- Его отослали в Ширбурнан, господин.

- Повтори!

- Его отправили в Ширбурнан! - отчаянно прохрипел он.