Читаем Пустой дом полностью

Вирджиния выскочила из кухни и побежала по коридору назад, через прихожую к гостиной. Над головой Элис Лингард ее глаза встретились с холодным взглядом матери. Потом миссис Парсонс улыбнулась:

– Дорогая! Элис как раз рассказывала мне, как вы провели день. Тебе понравилось?

– Пожалуй.

Она ждала, давая матери возможность первой заговорить о телефонном звонке.

– Пожалуй? И не более того? А племянник миссис Менгениот там был?

– Да.

Образ юноши со стесанным подбородком уже почти исчез из ее памяти, она едва его вспомнила. Возможно, Юстас позвонит завтра. Вряд ли он звонил сегодня. Вирджиния знала свою мать. Она была уверена, что, несмотря на явное неодобрение, та не отступится от своих принципов, которые соблюдает со всей щепетильностью, в частности не станет скрывать от дочери, что ей оставили сообщение. Мать и должна быть такой. Должна поступать правильно, ведь если она сама не будет следовать принципам, которые внушает своим детям, то навсегда лишится их доверия. Без доверия не может быть любви. А без любви не может быть вообще ничего.

На следующий день шел дождь. Все утро Вирджиния провела у камина в гостиной, делая вид, что читает книгу, и вскакивая всякий раз, когда раздавался звонок. Но ее к телефону так и не позвали; Юстас так и не позвонил.

После ланча мать попросила ее сходить в город в аптеку купить лекарства, которые выписал ей доктор. Вирджиния заявила, что не хочет идти.

– Там льет как из ведра.

– От небольшого дождика ты не размокнешь. Кроме того, тебе надо размяться. Ты весь день просидела в четырех стенах за этой своей дурацкой книгой.

– Она не дурацкая!

– Ну, как бы то ни было, собирайся. Надень плащ, резиновые сапоги, и ты даже не заметишь, что идет дождь.

Спорить не имело смысла. Вирджиния сделала смиренное лицо и отправилась за плащом. Тащась по дороге вниз, к городу, по черному от дождя асфальту, под деревьями, с которых капала вода, она пыталась примириться с печальной перспективой: возможно, Юстас ей так и не позвонит.

Он сказал, что позвонит обязательно, но все зависело от того, что скажет его мама, когда она будет свободна, когда Вирджиния сможет одолжить машину и добраться до Ланьона.

Возможно, миссис Филипс передумала. Может, она сказала: «О, Юстас, у меня нет времени распивать чай… о чем ты только думал, приглашая ее к нам?»

Возможно, познакомившись с матерью Вирджинии, Юстас изменил свое отношение к самой Вирджинии. Говорят, если хотите узнать, какой девушка станет с годами, посмотрите на ее мать. Вероятно, Юстас посмотрел, и то, что он увидел, ему совсем не понравилось. Она помнила вызов в его немигающих глазах и их последний убийственный обмен репликами.

Я и в мыслях не имела отрывать вас от работы.

Вам это и не удалось бы.

Возможно, он просто забыл позвонить. Возможно, у него изменились планы. А может быть – это было бы ужасно! – Вирджиния злоупотребила его расположением, вывалила на него все свои проблемы и просто пробудила в нем сочувствие. Возможно, только это. Он просто ее пожалел.

Но он же сказал, что позвонит. Он же обещал!

Она купила лекарства и повернула назад домой. Дождь не останавливался. Напротив аптеки на другой стороне улицы стояла телефонная будка. Она была пуста. Что может быть проще: найти его номер в телефонной книге и позвонить – это займет не больше минуты. У нее в кармане кошелек, там достаточно денег, чтобы оплатить звонок. «Это Вирджиния, – скажет она как будто в шутку, поддразнивая его. – Кажется, вы обещали мне позвонить!»

Она собралась было перейти улицу, но на краю тротуара заколебалась, пытаясь набраться мужества и проявить инициативу в ситуации, не зависящей от нее.

Она представила себе их беседу.

– Юстас?

– Да.

– Это Вирджиния.

– Вирджиния?

– Вирджиния Парсонс.

– Ах да! Вирджиния Парсонс. И чего вы хотите?

Все ее мужество тут же испарилось. Вирджиния развернулась прочь от телефонной будки и пошагала вверх по холму с лекарством для матери, засунутым глубоко в карман плаща, и с лицом, мокрым от дождевых капель.

Входя в двери Уил-хауса, она услышала телефонный звонок, но пока она выпутывалась из резиновых сапог, сигнал прекратился, а когда Вирджиния влетела в гостиную, мать уже опускала трубку на рычажок.

При виде запыхавшейся дочери она изумленно приподняла брови:

– Что-то случилось?

– Я… я думала, это меня.

– Нет. Ошиблись номером. Ты купила лекарство, дорогая?

– Да, – мрачно отвечала Вирджиния.

– Очень мило с твоей стороны. Прогулка пошла тебе на пользу. Совершенно точно. Щеки у тебя опять розовые.

На следующий день миссис Парсонс неожиданно объявила, что им пора возвращаться в Лондон. Элис недоумевала.

– Но, Ровена, я думала, вы останетесь еще по меньшей мере на неделю!

– Дорогая, мы бы и рады, ты же знаешь, но нам предстоит такое насыщенное лето, и надо массу всего устроить, предусмотреть. Вряд ли мы можем позволить себе бездельничать еще целую неделю. Хотя, конечно, мы были бы счастливы!

– Останьтесь хотя бы на выходные.